Книга Горничная с секретом, страница 25 – Злата Романова

София, София, что же ты со мной делаешь?..

Моя злость на эту девушка равносильна моей тяге к ней. Я никогда настолько не зацикливался на другом человеке, а она просто жилы из меня тянет. Я ненавижу и хочу ее, меня злит и ее равнодушие, и притворный интерес. Я просто хочу…

Не знаю, чего хочу! Но она не уйдет из моей квартиры, пока я не решу, что с нее хватит. Пока не буду удовлетворен. Неважно, сколько времени это займет, она моя, пока я не скажу обратного. В конце концов, за ней должок, так что пусть радуется, что я всего лишь заставил ее работать. Обычно, тех, кто меня предает, ждут более жестокие последствия.

Выхожу из спальни, понимая, что совесть покоя не даст, снова и снова подсовывая картинки ее заплаканного лица, и нахожу Софию на кухне. Она прибирается после ужина и ее попку так аппетитно обтягивает бордовая униформа, что я быстро отвожу взгляд, пока кровь не ударила в голову. В паху все и так плачевно, стоит ей оказаться рядом, у меня дикий недотрах из-за этой девушки.

— Ох! — обернувшись и увидев меня, хватается София за грудь. — Ты меня напугал! Хочешь чего-нибудь?

— У меня есть информация о твоей матери, — без преамбул сообщаю ей и от смеси надежды и страха, отражающихся на ее лице, только сильнее сжимаю зубы. — Несколько дней назад она вернулась домой. Люди Казбека следят за ней на всякий случай, но она ведет обычную жизнь.

— Правда? — недоверчиво смотрит на меня София, нервно сжимая в руках кухонное полотенце. — Мама просто вернулась домой? Это точно она? Почему Казбек вообще за ней следит, в этом нет никакой логики. Кто он вообще такой?

— Новый глава Общины, — говорю, как есть, потому что нет смысла скрывать то, что общеизвестно. — Он следит за ней, потому что она любовница Попа. Веришь ты в это или нет, но так и есть. Твоя мать вернуласьживая и невредимая, она живет своей обычной жизнью и непохоже, чтобы ее волновали твои поиски. Ни одного звонка или визита в отделение полиции с ее стороны не было, она только спросила у Казбека о твоем местонахождении и когда он сказал, что ты со мной, просто согласилась с этим.

— Всему этому есть объяснение, — не хочет мириться с реальностью София. — Можешь говорить, что угодно, но я не собираюсь вешать на маму все грехи, не поговорив с ней лично и не узнав ее версию событий. Она, наверное, просто боится идти в полицию. Только тупой поверит в то, что полиция способна что-то сделать, когда дело касается вашей чертовой Общины.

— Допустим. Но в ближайшее время ты ее не увидишь, чтобы спросить, потому что приглашать ее в свой дом я не собираюсь, а ты никуда отсюда не выйдешь, София.

Ее плечи сразу опускаются и она кусает губы, продолжая мять в руках полотенце. София смотрит в пол и мне кажется, что она просто пытается сдержаться и снова не начать оскорблять меня, но, когда она снова поднимает взгляд, я вижу, что ей едва удается сдерживать слезы.

— Максим, ты ведь не обманываешь меня? — с надеждой смотрят на меня ее большие серо-голубые глаза. — Мама правда уже дома?

— Правда, — подтверждаю, пытаясь игнорировать горький ком в груди. — Мне нет смысла лгать тебе, для тебя это ничего не меняет, София.

— Конечно, меняет! — выдыхает она. — Даже запертая здесь, я больше сходила с ума из-за того, что не знала в порядке ли все с мамой. Теперь я хоть смогу спать по ночам, не мучаясь неизвестностью. Спасибо, что сказал мне!