Книга Потерянное солнце, страница 146 – Кэт Лорен

– Мне нужно срочно уехать, – сказал он нам обоим.

Илья даже не стал слушать. Он спрыгнул со скамейки и обиженно убежал обратно на батут. Я встала и подошла к Никите, который наблюдал за удаляющимся сыном с затравленным выражением лица.

– Я поговорю с ним, – сказала я, кладя ему ладонь на грудь в знак поддержки.

Никита ничего не ответил. Он продолжал смотреть на Илью, и мне казалось, что отцовское сердце вот-вот лопнет.

– Иди, – подтолкнула я его. – У вас еще будет время это обсудить.

Мужчина перевел взгляд на меня и кивнул.

– Я пришлю Алексея к вам.

Он развернулся и ушел. Я смотрела на его удаляющуюся фигуру. Никита вновь взял телефон и позвонил кому-то. Я заметила, как плечи мужчины были напряжены в этот момент.

Я вновь села на скамью и продолжила наблюдать за Ильей. Он искренне пытался отвлечься, но невооруженным взглядом было видно, что он совершенно потерял интерес к происходящему. Пробегающие дети пытались завлечь его в свою игру, но он отворачивался от них. Я думала над тем, что сказатьему и как поддержать в этот момент.

Вскоре Илья вернулся и сел рядом, тяжело вздыхая. Я обняла его. Ребенок прильнул и положил голову мне на грудь. Я молча гладила мальчика по голове, а потом услышала всхлип. Я забеспокоилась и тут же обхватила его лицо ладонями, вытирая ребенку слезы.

– Илюш, мой мальчик. Папа скоро вернётся. Не плачь, пожалуйста.

– Он всегда уходит. Его никогда не бывает рядом, когда он мне так нужен!

Его тихие всхлипы переросли в рыдания, и мое сердце готово было разорваться. Я, как никто, чувствовала его боль. По крайней мере, в детстве у меня не было никого, кто бы любил и поддерживал меня. Я была совершенно одна, но Илья этого бы не понял. У него были свои собственные детские травмы. Я понимала, почему он так плакал. Мальчик слишком рано потерял маму, поэтому он так сильно был привязан к своему отцу. Никита был хорошим папой. Я видела, как он старался.

Мне ничего не оставалось, как просто гладить ребенка, чтоб успокоить, дав ему выплакаться. Слезы навернулись мне на глаза, вспоминая себя в его возрасте. Мне только исполнилось семь, но события того дня очень четко отпечатались в моей памяти.

– Шевелись быстрее! – заорала мама, с силой тянув меня за руку.

Ее длинные ногти впивались в мою кожу на предплечье. Я сдерживала слезы, которые так и грозились прорваться. Мама никогда не любила, когда я плакала. Она била меня всякий раз, когда это случалось.

– Маленькая дрянь! Из-за тебя мы опоздаем.

Я не понимала, в чем провинилась. Манная каша, которую мама приготовила на завтрак, была слишком горячей. Она подгоняла меня, чтобы я ела быстрее, но я не могла, поэтому просто отставила от себя тарелку, съев всего пару ложек.

– Неблагодарная девчонка! Нужно было эту кашу вылить тебе на голову, чтобы ты раз и навсегда уяснила цену продуктам.

Я едва успевала за быстрым шагом мамы. Мы торопились в школу. Сегодня было первое сентября. Вокруг нас стало все больше появляться людей, которые также шли по направлению в школу, но никто из них не кричал друг на друга. Дети улыбались вместе со своими родителями. Я видела, как они были счастливы, неся цветы. Я посмотрела на слегка потрепанную розу в своей руке. Мама сорвала ее с клумбы возле нашего подъезда, обернув в небольшой клочок старой газеты. Шип очень больно впивался в ладонь, но я боялась сказать об этом маме, иначе она могла еще больше разозлиться.