Книга Рынок чувств, страница 82 – Кэт Лорен

– Даже смотря на тебя сейчас, я вспоминаю вас двоих и те слова, что вы говорили друг другу. Я никогда не забуду об этом, Андрей. Никогда!

Спустя мгновение ответил ей:

– Мы не можем сейчас развестись, Маш.

Не знаю, как долго мы сможем врать моему отцу о том, что между нами с Мари все в порядке, но я волновался о его здоровье. Уже миллион раз пожалел, что позвонил ему и сообщил о разводе.

– Отец не позволит.

Девушка на мгновение задумалась.

– Пока я учусь и живу в Москве, нам проще сохранить этот брак. Я готова врать твоей семье о том, что между нами все в порядке. Твой отец чувствует ответственность за меня? Думаю, он с радостью потратит деньги на мое обучение в Европе. Я хочу поступить туда через четыре года. А потом мы скажем твоим родителям, что отдалились друг от друга.

«Интересно, она это придумала на ходу?»– подумал про себя.

– Значит, у нас вообще нет шансов?– уточнил я напоследок.

Мари отрицательно покачала головой.

– Я не могу, Андрей. Ты должен понять.

Я сделал глубокий вдох и ответил:

– Хорошо. Пусть будет по-твоему.

Девушка тоже не была в восторге от этой идеи.

– Я на следующей неделе улетаю, – сказала она спустя мгновение.

– Куда?

– Мы с подругой хотим полететь в Стамбул на следующей неделе.

– Надолго?

– Настолько насколько потребуется, чтобы забыть весь этот пиздец.

P.S. (16 лет назад)

– Как зовут тебя? – спросил Зарянский у мужчины.

– Юрий, – просто ответил он.

– Итак, Юра. Я благодарен тебе за спасение моего старшего сына. Если бы не ты, не знаю, смогли бы мы найти его именно на том заводе. Я заплачу тебе любые деньги. Только назови свою цену.

Зарянский молча выжидал и подсчитывал в уме сумму, которую он бы мог отдать за спасение Андрея. Владимир не пожалел бы никаких денег, потому что это лишь бумажки.

– Мне не нужны ваши деньги, – ответил мужчина.

– Да, брось, – махнул рукой Зарянский. – Всем нужны деньги. Даже самым праведным. Это иллюзия, когда люди говорят, что за них нельзя купить счастье. Можно. Лишь вопрос цены. И у моей благодарности тоже есть цена. Просто я хочу, чтобы ты сам ее назвал. Существует…

– Обещание, – Юрий прервал его на полуслове.

– Прости? – спросил Владимир с недоумением.

– Моя жена… – начал мужчина и запнулся. – Моя жена ушла от меня.

– Та-а-а-ак… – внимательно слушал его Зарянский.

– Я воспитываю дочь один. Если эти люди узнают, что именно я помог твоему сыну сбежать, они найдут нас и убьют. В лучшем случае только меня. И тогда моя дочь попадет в детский дом. У нас нет никого, кто бы мог о ней позаботиться.

– Говори прямо: чего ты хочешь? – потребовал Владимир.

Юрий вздернул подбородок вверх. Ему было сложно вести переговоры с таким серьезным человеком как Зарянский. Но мужчина знал, что это необходимо, так как он делал это не для себя, а для единственной дочери.

– Я хочу, чтобы вы пообещали, что позаботитесь о ней, – пояснил он. – Поклянитесь. Здесь. В присутствии всех своих людей.

Мужчина провел рукой в воздухе, указывая на окружающих.

– Уверен, вы – человек слова. Так дайте мне его. А деньги оставьте при себе.

Зарянский нахмурился. Он готов был лишиться любой суммы, но связывать себя клятвой не входило в его планы.

Владимир сделал шаг вперед.

– Я клянусь, что позабочусь о твоей дочери. Она никогда не будет ни в чем нуждаться. И все это она получит уже сейчас, а не в случае твоей возможной смерти. Наверняка, сейчас ты и она будете находиться в опасности. Я дам вам защиту, а тебе – работу. Пока ты работаешь на меня, сможешь контролировать исполнение моей клятвы. Что скажешь?