Книга Рынок чувств: отыграть назад, страница 132 – Кэт Лорен

Я всегда слепо верил отцу, внимал каждому слову. Сегодня для меня мир рухнул в одночасье. Он не защитил нас, он подставил своих детей под смертельный удар. И сейчас… Сейчас я сижу, привязанный, как скотина, а сукин сын стоит над братом и ждет ответ с ехидной улыбкой на губах. Но у меня его нет.

– Я бы сказал, если бы помнил… – хриплю. – Клянусь матерью, я бы сказал! Мне это самому не надо! Мне вообще по хер на эти деньги!

Артем наклоняет голову и криво улыбается.

– Ох, Андрей… Я тебе верю. Именно поэтому это так интересно.

Он кивает своему человеку. И в ту же секунду раздается резкий электрический треск. Тело Лехи вновь дергается от разряда. Тело выгибается дугой, пальцы скрючиваются. Он пытается не кричать. Брат держится несколько секунд, а потом срывается.

– А-а-а-а-а, сука!!! – ревет он, и этот звук разрывает мне грудь пополам.

Я кидаюсь всем телом вперед, стяжки сильнее рвут кожу.

– ХВАТИТ! ХВАТИТ, БЛЯТЬ! СТОП!!!

Но ток только усиливают. Леха захлебывается воздухом. Его трясет так, что, кажется, кости дребезжат.

Ублюдок подходит ко мне.

– Вспоминай, Андрей. Ты же можешь. Это где-то внутри. Эти цифры… Они твои. Ты просто их вытолкнул из своей головы. Стресс. Шок. Давай… Достань их.

Он говорит мягко. Так спокойно, что меня начинает тошнить.

– Я! Не! Помню! – Каждое слово идет через ком в горле.

– Младший брат заплатит затвое склерозное отношение к важным вещам, – кивает сукин сын. – Еще раз.

И он даже не смотрит, когда одному из своих людей дает знак увеличить напряжение.

Громкий треск. Острый, как нож. Леха уже вопит. Голос ломается, срывается в хрип. У него дрожат губы, глаза закатываются, дыхание сбивается.

Я боюсь, что у него остановится сердце.

– НЕТ! НЕТ!!! ОСТАНОВИСЬ!!! Я СКАЖУ! НЕ ТРОГАЙ ЕГО!!!

Артем подходит вплотную, хватает меня за подбородок, заставляет смотреть в его глаза.

– Давай, Зарянский. Напряги свою память.

Я рычу, давлю из себя слова:

– Я пытаюсь!!! Я пытаюсь вспомнить!!! Дай мне время!!!

Закрываю глаза и пытаюсь вернуться в тот вечер, когда последний раз учил эти коды, сидя в кабинете.

–15b748ytr или ytd? – бубню себе под нос.

Черт! Не выходит!

– Время закончилось, – шепчет гад.

И сукин сын дает новый знак.

***

Тело брата все еще дергается от боли, потому что я не запомнил ебаные цифры. Сколько прошло времени?

– Леха? – окликаю брата, но он не реагирует на мой голос.

Меня затрясло так сильно, что стяжки на запястьях натянулись до хруста костей. Теплая кровь лилась по пальцам вниз. Сколько времени пройдет, прежде чем умру от кровопотери?

Брат дышал сквозь зубы. Он почти не реагировал ни на что.

– От вас толку как от козла молока.

Впервые за все это время голос ублюдка изменился. Артем заметно стал нервничать. Надеюсь, отец узнал, что случилось, и уже перевернул весь город в поисках нас.

Сукин сын вышел. Сначала я услышал шаги. Легкие, но сбивчивые. И когда дверь распахнулась, у меня по спине прошел холод, будто ледяной нож ткнули между лопатками.

Моя жена.

Мари втолкнули внутрь. Не сильно, но так, чтобы мы поняли, что она практически не может идти сама. Девушка шаталась, как после сильного удара или инъекции. Глаза были мутными. Руки дрожали.

Я рванулся всем телом к ней. Затекшие мышцы отозвались острой болью.

– Маша! – сорвалось у меня так, что обожгло горло.