Книга Одержимость. Девочка Сурового, страница 82 – Виктория Альмонд, Мия Руссо

Все эти годы я не переставал думать о ней. Меня разрывало от ревности, от осознания, что она стала чьей-то женой, матерью.

Рядом с собой я видел только ее. Но когда судьба снова свела нас, я повел себя так, как в тот момент посчитал нужным. Закрылся от нее, оттолкнул!

Иначе я не мог. Если бы мои враги узнали о Лине, если бы с ней что-то случилось, я бы никогда себе этого не простил. Да я бы сдох! Но перед этим поубивал бы всех.

Тогда, в баре, когда я уже с трудом сидел на стуле, ко мне подошла Оксана. Не знаю, как она меня нашла, но всячески пыталась увести домой.

Утром, проснувшись с жутким похмельем и сушняком во рту, точно пустыня Сахара, я увидел рядом с собой голую Оксану. Она мирно спала, положив голову мне на грудь.

На мне тоже не было одежды. Я не помнил, как добрался до дома. Как разделся и дошел до кровати. И я очень сомневался, что в подобном состоянии был на что-то способен.

Заснуть беспробудным сном – запросто. Трахаться – не думаю.

Я знал, что не имел права сейчас так разговаривать с Оксаной. Но на душе и без того было паршиво, и еще она с напоминанием, из-за которого все полетело в пекло.

Я хотел стать отцом и уже давно, но в качествематери своих детей я видел только Лину. Трое, не меньше. Двое мальчишек и девчонка.

Салон снова оглашает звонок, вырывая меня из мыслей. Я не глядя принимаю вызов и замираю. Даже торможу посреди дороги, наплевав на гудки проезжающих мимо автомобилей.

– Даня, – раздается из динамика ее нежный, тихий голос. Я облегченно выдыхаю. С ней все хорошо и это главное. – Я долетела, все хорошо.

– Куда ты долетела? – сдержанно спрашиваю я, хотя у самого все внутри кипит от гнева. Кровь превратилась в раскаленную магму, сжигающую меня изнутри. – Не ври, что ты в Тюмени. Я знаю, что тебя не было на борту.

Повисает пауза. Гнетущая, липкая. Воздух в салоне искрит от напряжения. Я слышу биение собственного сердца, пульс отдается где-то в горле.

– Прости меня, – ее раскаяние звучит искренне, – я в безопасном месте. С хорошим человеком.

Я молчу, до хруста костяшек на пальцах сжимая руль. Безопасное место? Какой еще нахрен хороший человек? У нее кто-то есть?!

– Кто он? – цежу я сквозь стиснутые зубы, меня трясет.

– Миша, – сразу отвечает Лина. И я понимаю, что она говорит о своем брате. О моем лучшем друге детства. – Я вместе с ним, но… – ее голос дрожит, – прости, не могу сказать, где я.

Я понимаю, для чего она это устроила. Не хотела, чтобы я контролировал ее в Тюмени, пусть и находился на расстоянии. Знала, что я могу в любой момент сорваться и прилететь.

– У тебя все хорошо? – лишь спрашиваю я, чувствуя, как меня начинает немного отпускать.

– Да, – в ее голосе нет уверенности. – Мне пора. Береги себя.

– Лина, – срывается шепотом с моих губ.

– М?

– Я люблю тебя. И никогда не отпущу.

Салон снова наполняет гнетущая пауза.

– Я знаю, Даня, – звучит тихо. – Я тоже тебя люблю.

Лина сбрасывает звонок, я откидываюсь на спинку кресла. Но не успеваю переварить состоявшийся разговор, как мне звонит Влад.

– Босс, мы нашли ее.

Вот это скорость! Нужно будет выписать ему и охране премию.

– Она в Белграде.

– Брр, ну и погода, – перешагивая порог квартиры, я стряхиваю с пальто оледеневшие капли. В Белград пришла зима, и если в первую неделю погода была чудесной, то сегодня… Я думала, что меня если не ветром сдует, то ледяным дождем смоет.