Книга Дочь врага. Невинность в расплату, страница 39 – Кэтрин Рамс

— Ты уверена, что хочешь это знать? Предупреждаю это разобьёт все твои пушистые иллюзии о своём любимом папочке, — произносит с язвительностью.

Страшно. Боюсь разочароваться, но иного выбора у меня нет.

— Да, — произношу уверенно. — Я хочу знать правду.

Вот и все.

Камиль отпускает меня. Мы ещё около минуты стоим друг напротив друга и сверлим взглядами.

Я же стою на своём. Ему пора мне все рассказать, чтобы я знала, что делать дальше.

— У тебя пять минут на сборы. Я буду ждать тебя в машине.

— Зачем ты привёз меня на кладбище? — спрашиваю взволнованно у Камиля, когда он останавливает машину у больших ворот.

— Здесь лежит человек, которого я любил, — шокирует он меня ответом. — Пойдём, я вас познакомлю.

Он первый выходит из машины, я же иду следом за ним.

Нам приходится идти около десяти минут в самый конец, а после он останавливается у одинокой могилы около большого дерева и по моему телу проносятся мурашки, когда я вижу на ней имя и знакомую фамилию.

— Это… — выдыхаю я, понимая, кто лежит под землей.

— Это моя родная сестра, — говорит тихо Камиль, нежно касаясь пальцами креста. — Моя Олесенька. Как ты родная? Прости, что меня так долго не было. Подожди и мы скоро увидимся с тобой.

О, господи.

Меня неожиданно пронзает осознанием, что его сестра умерла около семи лет тому назад, как раз в то время, когда он меня оставил.

— Я немного ее помню. В основном по твоим рассказам. Она старше же тебя?

По-моему на два года.

— Да, — кивает он, не отрывая взгляда от маленькой фотографии.

Красивая брюнетка с темными глазами, так похожа на Камиля.

Тяжело сглатываю, еле сдерживая слезы.

Я прямо чувствую его боль. Чувствую, как сильно он скучает.

— Что случилось с ней? — спрашиваю тихо.

Сейчас мне откроется огромная тайна и я даже не знаю правда ли я готова ее услышать.

— А случилось то, что твой отец, этот урод, всегда был с неё влюблён, — сообщает он шокирующую для меня новость.

— Но…

— Да, даже, когда женился на твоей матери, — перебивает он меня, меняя тон на более жёсткий. — Ты знала, что твоя умершая бабка брала меня с Олесей под свою опеку?

Хмурюсь.

— Нет. Я не знала. Но как так получилось?

Бабушка у меня была серьёзной женщиной, очень строгой бизнесвумен.

Камиль тяжело вздыхает, его огромное тело вздрагивает и он от меня отворачивается, не желая смотреть в мою сторону.

— Наша с Олесей мать была наркоманкой, не быстро, но нас с сестрой забрали в детский дом. Олеся была хорошей девушкой, не по годам умной, ее бы быстро забрала другая семья, но я не позволил. Каждый кто хотел ее у меня отнять очень сильно об этом жалел. Из-за моего хренового поведения, нас часто переводили от одного детского дома в другой. Если бы я только позволил ей найти хороших родителей…

Мне больнослышать его историю, не думала, что она настолько тяжелая. Отец про своего друга мало мне рассказывал.

Я делаю шаг по направлению к мужчине, чтобы быть ближе, но коснуться его пока боюсь. Мне нужно услышать всю историю.

— Камиль… Мне жаль…

— Я не был эгоистичен, она просто была единственным светом в этих поганых местах. Хоть она и была старше, но я хотел о ней заботится. Я пытался. Все, что я делал, было ради неё.

Он говорит откровенно и я ему верю. Около минуты он молчит, продолжая смотреть на фотографию своей ушедшей сестры.