Книга Порочная связь, страница 62 – Кристина Лин

— Ты преувеличиваешь, — сопротивляюсь услышанным глупостям. — Скажи еще, что каждый мужчина в нашем офисе влюблен в меня?!

— Нисколько! — отрезает Кирилл. — И ты сама это знаешь!

Боже! Да ничего такого я не знаю! И нет во мне ничего особенного, иначе, я бы уже знала об этом. Ну, или хотя бы догадывалась. Так нет же, всегда понимала, что я самая заурядная, и нет во мне ничего особенного.

— Ладно, — говорю, изо всех сил жалея, что, вообще, затеяла этот разговор. Будто, мало мне было того, что я боюсь лишний раз оторвать взгляд от экрана компьютера, постоянно ожидая новой порции замечаний? — Давай, больше не будем об этом?

А что обсуждать-то? Уж лучше бы занималась отчетом, а не расспросами!

Эх, так всегда — хорошая мысля приходит сразу после того, как моя тупость довела до фиаско.

Кирилл кивает, грустно улыбнувшись. Вот теперь и ему неудобно стало, и мне было бы лучше всего этого не слышать. Час от часу не легче. Вместо раздражения теперь меня будет преследовать неловкость. Эх, лучше бы мне держать язык за зубами! Но нет же, Агата не может промолчать!

Вот я дура!

Или оно того стоило? Хм, Кирилл сильно поубавил пыл, и до конца дня в мою сторону не прилетело ни одного упрека. Пожалуй, все же, расставить точки над и не мешало. Когда карты раскрыты, в придирках потерялся смысл.

И да, мой новый начальник был прав. Без его подколок, я быстро забыла о существовании раздражителя, снова погрузившись в работу. Но потом, когда вышла из офиса, мои мысли снова вернулись к нашему разговору.

Он что? Все это серьезно? Ну, о том, что я какая-то особенная?!

Нет, конечно же нет, это не может быть так. Моя мама, к примеру, всегда говорила, что я совсем не умею скрывать свои недостатки. А их у меня целый вагон. Бедра слишком округлые и широковаты. Правда, полная грудь, как моя, нынче в моде. Но в сочетании со слишком тонкой талией, и грудь и бедра кажутся еще больше, чем они есть. А скрывать этот перепад крайне непросто. И с выбором одежды вечный напряг. На мои нестандартные изгибы мало что садится. А подгонять под себя я никогда толком не умела. Вот и приходится каждую обновку нести к мастеру. Чтобы подправить там, где должно облегать, а не торчать.

Задумавшись, я остановилась напротив витрины магазина, в котором хорошо видно мое отражение.

И что такого Кирилл во мне увидел? Что, по его мнению, тянет на то, чтобы обзывать меня королевой. Он же это с издевкой сказал? Конечно! Как иначе? Я совершенно обычная, это же видно.

Выдыхаю, отворачиваюсь от своего отражения в зеркале и разворачиваясь к проезжей части. И ровно в этот момент, прямо перед самым носом, останавливается черный внедорожник. Тот самый, черт возьми! С бронированными стеклами.

Тонированное окно открывается, опускаясь вниз, и я узнаю того, кто приняла решение больше не видеть.

— Садись в машину, — бросает мне мужчина резко.

Черт! Откуда он здесь?

Так мы не договаривались!

И плевать, что сердце сладко екнуло в груди, и кончики пальцев закололо в предвкушении. Мое тело этот мужик давно приручил, я реагирую на него, как голодная самка на альфу. И это, блин, бесит! Дурацкая слабость, которой я совсем не планировала!

— Агата! — рычит мужчина, поторапливая меня. — Быстро!

Оглянувшись по сторонам, проверяю, нет ли кого из знакомых. Конечно, вряд ли. Но об осторожности забывать нельзя. Ныряю в машину, только убедившись, что никто не станет потом пытать неловкими вопросами.