Книга Наперегонки с ветром, страница 13 – Таша Муляр

– Ну вот! Видишь, как здорово! И у тебя все наладится!

– Слушай. Ты когда звонила, вроде говорила, что тебе консультация какая-то врачебная нужна, что ты для этого в Москву приехала. Получилось? Встретилась с доктором? Все нормально? – сделав над собой усилие, Василиса улыбнулась и перевела тему, раздумывая, стоит ли рассказывать Наташе про свою личную жизнь и работу, удивляясь сама себе и тому, что ее останавливает.

– Да, нужно было ребенка посмотреть, у нас нет узиста хорошего, меня сюда направили, отец договорился. Но я, представляешь, не попала к нему, зря только прождала сегодня, буду искать кого-то другого. Может, в «Планировании и репродукции» найду, завтра на Севастопольский поеду. У тебя там, кстати, нет никого? – ответила Наташа, поглаживая одной рукой живот.

– Да, неудачно получилось, – Василиса глянула на часы. – Ой, а время-то как пролетело, уже почти три часа сидим! У Юры спрошу сегодня, он у меня врач, правда, не гинеколог, но, может, знает кого-нибудь. Я тебе скажу тогда вечером.

– Было бы здорово! Спасибо! Ты уже торопишься?

– Да, то есть нет… Еще часик посидим, конечно! Так давно не виделись! – ответила Лиса, решившись рассказать Наташе про себя, а то как-то ведь неудобно, подруги все-таки. – Ну, теперь моя очередь, слушай.

Я действительно вышла замуж. Ты уж не обижайся, что на свадьбу не позвала. Свадьба у нас была тихая, такая – для своих, но я именно так и хотела, – начала она свой рассказ.

И опять она говорила одно, а сама вспоминала множество подробностей из своей жизни, словно фильм просматривала. Окунуться в свои ощущения и воспоминания было сложно и тревожно, слишком много всего произошло с ней.

– Мы с Юрой познакомились год назад в бассейне. Решила, что нужно спиной заняться, так болела поясница. В машине сижу, на работе сижу, вроде и не старая еще, а уже разваливаюсь, – она виновато улыбнулась. – Хотя что уж я про поясницу? Знаешь, мне столько тебе нужно рассказать, что нам не только вечера не хватит, а и недели. А я уж переживаю, что ты устала, вот про спину начала и о тебе подумала. Поэтому давай я в режиме блиц-опроса про основные новости, да и побежим уже, а то поздно, тебе и малышу отдохнуть нужно, да и меня, наверное, уже муж ждет. Не обидишься?

– Да что ты, Васька! Я так рада, что мы наконец-то встретились! Ну их, рассказы, вижу же, что у тебя все отлично! – Наташа и правда уже притомилась. В кафе было душно, да и слушать Васькину исповедь ей было совсем неинтересно, главное, что она про себя рассказала и увидела ее реакцию.

– Отлично! Тогда вот быстренько. Я теперь не Васька и не Василиса Бондаренко, а Лиса – с ударением на И – Лескова, – скороговоркой выпалила она, с интересом наблюдая за Наташей.

– Лиса Лескова? Круть! Как так вышло? – восхитилась Наташа, про себя же подумала: «Вот зараза! И тут что-то придумала не как у людей».

– Ну, в Лису меня переименовать один модный стилист предложил, – ответила Лиса, улыбаясь от воспоминаний о том самом «стилисте». А ведь прав был: с переменой имени и жизнь ее поменялась. – А фамилия – по мужу. Ты же тоже Мишину фамилию взяла?

– Я? Вот еще! Я что, его собственность? На фиг мне его фамилия! Я и дочку на свою фамилию записала – Ткаченко. Он же Юдин, дурацкая фамилия! – отстаивая свою точку зрения, словно на нее кто нападал, выпалила Наташа. Сама же вспомнила, как она ходила оформлять свидетельство о рождении на дочку, когда Мишка в очередной запой ушел, после того как они с братками на какое-то дело съездили. У него тогда руки тряслись, всю ночь опять обстрел снился и что в плен его взяли… Утром он напился, чтобы забыть это все, и ушел в запой, а она – только что из роддома, и документы нужно оформлять. Потому пошла сама, на нервах, и дочь в отместку на свою фамилию записала. До сих пор конфликты у них по этому поводу, как фамилия дочери прозвучит где-то.