Книга Наперегонки с ветром, страница 109 – Таша Муляр

На сегодня заканчиваю. Нужно еще подумать и разобраться в себе, чтобы не накосячить. Держусь… Хотя так иногда хочется взорваться, что сил моих нет!

Хотя нет, вот это еще нужно обязательно записать, чтобы на плохом не заканчивать.

Как-то стою в ванной с утра и крем на лицо наношу перед макияжем. Вошел Егорка, пока я отвлеклась, взял по-деловому баночку с кремом, зачерпнул немного пальчиком, себе чуть нанес на руку, понюхал, посмотрел, замер, на меня смотрит, как я глажу себе лицо массажными движениями. Потом потянул меня за рукав, взял мою руку, развернул ладонь и нанес на нее весь оставшийся крем со своих пальчиков. Стоит и, закусив губу, сосредоточенно размазывает по кругу – так, как я, когда ему про Сороку-белобоку пою.

– Егор, ты что делаешь?

– Люблю тебя, – прижался ко мне.

– А что это такое?

– Не знаю. Люблю, и все!

Присела на край ванны, на колени его посадила, мазнула на нос ему крем и себе, носами «поцеловались»… У меня слезы и смех, такие мы похожие с этими носами. Как так бывает?

– Ты что плачешь, мам? – А у меня от этого «мам» – вообще слезы в три ручья.

– И я тебя очень люблю! И всегда, всегда буду любить!

Так и живем с моим сыночком.

* * *

– Слушай, Вась, а что это за коробки? Я как-то не заметила, когда пришла, а сейчас чуть не навернулась на них, – Саша стояла в прихожей, пытаясь открыть дверь шкафа, чтобы повесить вымокшую от снега куртку.

– Ой, да мы же переезжаем на днях, самой надоели эти баулы по всему дому! – проговорила Лиса громким шепотом, выглянув с кухни. – Давай выключай там свет, мой руки – и на кухню, я почти накрыла нашу пирушку.

Озадаченная переездом подруги, Саша прошла в маленькую ванную, осмотрела полки. И правда, две зубные щетки – детская с дракончиком, у ее детей такие же, и Васькина розовая – узнаю наших. «Да, живет одна и, видимо, давно, – подумала гостья. – Вот ведь! Все в себе держит, никогда не будет грузить своими проблемами. Как вовремя я приехала, может, помощь нужна. Как она переезжать-то будет одна с ребенком?»

– Ну все, давай поднимем бокал твоего красного за нашу встречу! – начала было Лиса.

– И твой переезд! – продолжила Саша. Подруги нежно соприкоснулись бокалами, сделали по маленькому глотку и синхронно закусили дольками мандаринов с ароматом приближающегося Нового года, которые Санька тоже заботливо притащила с собой.

Саша рассматривала подругу. Та, конечно, изменилась. «Но вот в чем?» – гадала она. Стала еще красивее, породистей, что ли, какая-то другая у нее теперь красота и грусть в глазах… Да, тогда, в их юношеском калейдоскопе приключений, у нее поначалу тоже была эта грусть, но менее глубокая, что ли. Потом отпустило, появились забавные лучики во взгляде. Как задумает что-то, вспыхнет глазами – и ну обе хохотать на пустом месте! Нет, наверное, это мудрость во взгляде появилась. Такое пережить – станешь и мудрым тоже.

– Все, хватит томить, я готова. Давай, выкладывай все как на духу! – Сашка отставила бокал в сторону, придвинулась на стуле поближе к подруге, сложила на столе руки калачиком и посмотрела Лисе в пронзительно-синие глаза.

– Да ладно, не стоит оно того… Может, лучше ты? Давай, как там детки, что у нас с мужем? Как ты в Питер вообще попала?

– Вот ты всегда такая, – улыбнулась Саша. – Ладно, уговорила, только налей мне чайку, что ли, так не могу все рассказывать. Начну с конца. У меня сейчас – третий муж. Ну, не муж, а живем вместе, двое пацанов, живем мы в Питере на съемной квартире. Дети не от него, он просит ребенка, а я подумываю от него срулить! – выдала Сашка на одном дыхании.