Книга Уроки во грехе, страница 80 – Пэм Гудвин

– У нас нет выбора. Они уже объединили наши трастовые фонды. Если мы не поженимся, то не получим ни цента.

В тот момент я даже не была шокирована. Ведь всю свою жизнь я знала, что этот момент настанет. Я специально ругалась матом, была неуважительна и делала минет кому ни попадя, чтобы избежать такой судьбы.

Если бы я порвала связи со своей семьей, отказалась бы от наследства, с чем остался бы Такер? Да и не все ли равно?

– Мне жаль. – Что я еще могла сказать?

– А мне нет. Ты красивая. Самая красивая из всех девчонок, которых я встречал. Немного напористая и независимая, но после свадьбы я это исправлю.

– Что, прости? – Мои щеки налились румянцем.

– О боже! – закричал кто-то за моей спиной.

– Фу!

– Она повсюду!

Возгласы и испуганные голоса раздавались со всех сторон. Такер отпустил меня так, словно я жгла ему руки. Он отшатнулся, глаза его широко раскрылись, и он уставился на мои ноги.

И вот я это ощутила. Горячие мокрые капли стекали по моим лодыжкам. Лились мне на туфли, стекали по каблукам.

Суета вокруг меня усилилась, и у меня в ушах зазвенело. Я опустила глаза вниз.

Кровь.

Она текла по ногам. Пачкала золотую органзу. Лилась по туфлям на пол под моими ногами.

О боже, ее было много.

Обильные менструации.

Жуткое чувство.

Я не могла пошевелиться.

Я хотела, чтобы земля подо мной разверзлась и поглотила меня целиком.

Меня обуял и сковал ужас. Я не могла дышать, не могла действовать. Пульс отдавался в ушах, словно приглушенные хлопки выстрелов.

Я подняла глаза на Такера – он таращился на меня.

Его друзья поддерживали его под руки, видимо, чтобы он не осел на пол, и тыкали в меня пальцами и смеялись, отпуская шуточки про критические дня. Такер не смеялся. И не затыкал их. Он просто смотрел на меня широко открытыми от ужаса и стыда глазами.

Я его унизила. Я не соответствовала его статусу. И скорее всего, он уже жалел о союзе семей Кенсингтон-Константин.

Ну его к черту.

Сжав зубы, он развернулся и, отмахнувшись от своих друзей, вылетел прочь из зала.

Он просто ушел!

– Пошли, Тинс. – Дейзи взяла меня за руку.

Застывшая от ужаса, я не двигалась с места. Если бы я пошевелилась, то оставила бы за собой чудовищную дорожку крови, которая превратила бы зал в сцену с места преступления.

– Какая жесть, сестра Китона. – Невада выпятила бедро.

– Жесть? – взвилась Дейзи. – У тебя что, месячных нет? Ты это сейчас хочешь всем сказать?

– Никто так не истекает кровью, – она поморщилась. – Только если при смерти.

Дейзи вся сжалась, словно собиралась наброситься на нее. Я стиснула пальцы, молча прося подругу не бросать меня.

Месячные пришли на неделю раньше, наверное, из-за стресса. Но они у меня всегда были обильными. В некоторые месяцы мне приходилось каждый час менять тампон. Так что лужа у моих ног была вполне нормальным явлением. Ненормально было то, что я налила ее во время танца.

Что бы сделала мама в такой ситуации?

Ничего. У нее были подчиненные. Личный ассистент, который дал бы ей тампон. Уборщица, которая отскребла бы пол. PR-менеджер, который сгладил бы конфуз, и преданный прихвостень, который убил бы всякого, кто над ней бы посмеялся.

А у меня была Дейзи, которая отлично проводила время, танцуя с парнем, пока я не испортила ей вечер.

И еще у меня был Магнус.

Словно услышав мои мысли, он прорывался сквозь толпу, расталкивая многочисленных зевак плечами. В руках он держал стопку праздничных салфеток и, грубо расталкивая учеников, не сводил с меня глаз.