Книга Уроки во грехе, страница 24 – Пэм Гудвин

– О да. Могу представить. И представляю. Целый. День.

– Ты отправишься в ад.

– Ради него я поползу туда на карачках.

– Клянусь всеми святыми, я бы высосала из его члена все его благочестие.

– Понимаю тебя, ох как понимаю.

Ни черта эти сучки не чопорные. Хулиганки найдены.

Я широко улыбнулась. Стоя рядом, я кивала и соглашалась со всем, что они болтали. Вообще-то, издалека, когда его осуждающий взор не был обращен на меня, он был самым сексуальным мужчиной из всех живущих.

Но при ближайшем рассмотрении вся его злоба и весь его яд, которым он меня отравлял, меня пугали.

Он еще несколько раз потянулся на турниках, вызывая вздохи женской аудитории. А потом, сверкая накачанной задницей, быстрым шагом направился к воротам.

– Не знаю, как называется эта штука в форме буквы V, но я бы намазала ее маслом и поерзала по ней обнаженной.

– Это секс-линии, – пробормотала я.

– Что? – на меня устремился десяток пар глаз.

– Этот V-образный силуэт по бокам живота от лобка – секс-линии. – Я отступила на шаг назад и прижалась плечом к стене, оценивая их тяжелый взгляд. – По-научному называется поперечная мышца живота. Это группа мышц, опоясывающих нижнюю часть торса, которая помогает поддерживать прямой позвоночник. При низком индексе массы тела и накачанном прессе, эти линии становятся четкими. Кстати, его еще называют пояс Адониса, в честь легендарного бога красоты.

– Такая умная? – спросила рыжая, и по ее тону я поняла, что я в шаге от того, чтобы меня сочли лохушкой.

– Нет, просто запоминаю все, что касается мужских частей тела, которые можно облизать, – я задержала дыхание. – Значит он… ну… каждый день бегает?

– По утрам в шесть, – произнесла стоящая позади меня девочка. – Его тело – наш храм, и мы приходим помолиться.

Послышался хор «аминь» и сдержанные смешки.

Кудрявая брюнетка соскочила с кровати и подошла ко мне, окинув меня взглядом с ног до головы.

– Ты сестра Китона Константина.

Приехали.

– Я Тинсли. Приехала вчера вечером.

– Я Невада. Ходила с Китоном в Пемброк, – она повернулась к подругам. – Он был капитаном команды регби. Король школы. Сказать, что он горячий – ничего не сказать. Чисто огонь. Мы с ним были вот так… – она подняла руки и сцепила пальцы в замок.

– Забавно, – я слегка наклонила голову. – Он никогда не говорил о тебе.

– Я перевелась сюда на втором курсе. А он был на год старше, так что…

– Перевелась? Тебя исключили из Пемброк?

– Возможно, – она хитро прищурилась.

– С удовольствием послушаю, что там случилось, – улыбнулась я одобрительно.

– Это дело прошлое, – она махнула рукой. – Я больше не тусуюсь с парнями. А вздыхаю о мужчине. Мужчине в черном.

– Об отце Магнусе?

– Ну естественно. И на случай, когда мы с ним останемся наедине, я уже кое-что задумала.

Она спятила? Я никак не могла забыть его жуткий рев, когда он на меня закричал. Он что, никогда так на нее не орал? И не смотрел на нее так, словно хочет забить ее до смерти?

– Он тебя не пугает? – спросила я.

– Ужасно, – она сжала свою грудь. – Он та-а-а-к меня пугает, – протянула она.

Мне стало досадно. Я не собиралась общаться с такими шлюшками.

– Я впервые увидела его вчера вечером и думала… – как бы мне сказать это так, чтобы не звучать как трусиха, – что он куда более жесток, чем я предполагала.

– Да, он жестокий. Но всякий раз, когда я смотрю в его сексуальные голубые глаза, я вся таю и хочу сделать все, что он приказывает.