Онлайн книга «Реверанс с того света»
|
– Теперь понятно, какие привидения посещали по ночам Наташу. Это Патрунова пыталась запугать Алексину, вывести ее из равновесия, а то и сбить с катушек. Мстила. Наверняка еще и каких-нибудь галлюциногенов подсыпала той… – высказал догадку Андрей. – А ведь Наташа говорила… а ее в психушку… – Да. Ты совершенно прав. – Значит, Патрунова жива? – Увы. Согласно признательным показаниям Емельянова следственным органам, после того как он узнал, что Патрунова передала ему фальшивку вместо чека, сразу направился к ней, она скрывалась в гостевомдомике… – Ты мне подсунула фальшивку?! Где чек?! – разъяренно проорал Владимир. – Что значит – фальшивка? Я отдала то, что взяла у журналиста. – Ты врешь! – Он ринулся на нее и схватил за горло двумя руками. Патрунова вцепилась ногтями в лицо, сильно расцарапав левую щеку насильника и, когда тот ослабил от дикой боли захват, схватила со столика пустую стеклянную бутылку из-под минеральной воды и с такой силой нанесла ему удар, что Емельянову показалось, будто в голове у него разорвался снаряд. Оглохнув, он присел на пол, глядя на то, как, взяв со стола нож, Патрунова двинулась на него с искаженным от гнева лицом. Когда она приблизилась, Владимир сделал подсечку и, сбив противницу с ног, в бешенстве навалился на нее всем телом… – …между ними произошла драка, в ходе которой Емельянов задушил ее. – Какая ужасная смерть, – не выдержал Андрей. – Она, конечно, была девушкой довольно алчной, но мне ее искренне жаль… Договорить Примерову не дал Яков Аркадьевич. Отыграв свою концертную программу, он подошел к их столику. – Андрюша, голубчик, очень рад видеть вас с друзьями у нас в ресторанчике. И вам рад, м-м… Капитан Станислав… Сергеевич, если мне не изменяет память. – Майор, – с улыбкой поправил его Петров. – Станислав Сергеевич – майор! Прошу прощения, мне надо ненадолго выйти, машину свою посмотреть, я, кажется, не совсем удачно ее припарковал. – И я с тобой, – вызвался Шура, – что-то мне на воздух захотелось. – Вы что, поменяли фамилию? – с удивлением спросил Капитана Баянович, когда двое ушли. – Фамилия та же. Просто мне присвоили очередное звание. – Поздравляю. Не знал. Вы же были в штатском, когда мы встречались. – Яков Аркадьевич, – решил сменить пластинку Андрей, – вы так замечательно играли, что мы все заслушались! – Что вы, голубчик, у меня любительский уровень. Мой покойный родитель, вот он играл! Да! – А Мартин тоже с вами? – Он заведует всем нашим заведением, извините за тавтологию. Сегодня его не будет. Начальство, знаете ли, само устанавливает себе рабочий график. – Яков Аркадьевич, простите за любопытство, как ваш сын оказался хозяином этого ресторана? – В двух словах рассказать трудно, но, раз вы спрашиваете, я попытаюсь… Как-то-о… Мартин вернулся с занятий, он учится, если вы не знаете, в кооперативном университете. Так вот, приходит и говорит: «Папа,угадай, кого я сегодня встретил?» – «И кого?» – «Одну женщину!» Представляете? Очень респектабельная дамочка пригласила его в этот самый ресторан. Они посидели, поговорили, и она предложила ему возглавить это заведение. Мартин, конечно, был удивлен и отказался. Но когда узнал, что эта дамочка не кто иная, как э-э… мать Патруновой Оксаны Анатольевны, удивился еще больше. «Вы, наверное, знаете, – сказала она ему, всплакнув, – что Оксаночка погибла… Она мне рассказывала о вас. Думаю, будет правильно, если вы примите мое предложение. Ресторанчик был выставлен на продажу, я купила его недавно. Вам нужно наладить работу и превратить его в заведение, где люди могли бы отдохнуть душой. Я очень надеюсь на вас и доверяю вам. Помните об этом». Несколькими днями позже они встретились здесь еще раз и подписали контракт, по которому он был назначен директором ресторана. О чем они еще говорили, я в подробностях не интересовался, только тем же днем дама улетела за границу. В какую именно страну – не уточнила. Лишь сказала загадочно, что где-то там, в Старом Свете, ее ждет уютный особнячок. Да. Благодаря доброму отношению Оксаны Анатольевны к Мартину мы оказались сегодня в таком положении. – Баянович замолчал, и было непонятно, рад он или огорчен таким поворотом событий. |