Книга Агент, переигравший Абвер, страница 58 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

– У вас полчаса, Шауб, чтобы разобраться и доложить. Разумеется, конфиденциально. Вы меня поняли?

– Яволь, мой фюрер.

– Исполняйте.

Начальник службы военной разведки и контрразведки адмирал Вильгельм Канарис был удивлен, когда его проводили в гостевую комнату, сообщив, что фюрер примет его через пятнадцать минут вместе с начальником Главного управления имперской безопасности СС и статс-секретарем имперского министерства внутренних дел Германии обергруппенфюрером Эрнстом Кальтенбруннером. Гитлер, не дожидаясь докладов, сам сообщил им новость и попросил высказать свои соображения. Новость была сенсационной: руководители трех стран – СССР, США и Великобритании собирались провести встречу в Тегеране.

– Что скажете? – посмотрел он на адмирала, который хоть и старался оставаться непроницаемым, но было видно, что удивлен осведомленностью фюрера.

Канарис переложил черную кожаную папку из правой руки в левую и произнес:

– Мой фюрер, сегодня поистине выдающийся день. Как вы знаете, сотрудникам абвера удалось расшифровать американский военно-морской код. Адмирал протянул Гитлеру листок. В шифровке говорилось, что в конце ноября Рузвельт планирует поездку в Тегеран для встречи с союзниками по коалиции.

– Да! Именно! Кальтенбруннер, что скажете вы?

– Нет оснований не доверять источнику. Наш агент Цицерон (Кальтенбруннер имел в виду камердинера английского посла в Стамбуле Эльяса Базна, сообщившего, что в последних числах ноября в Тегеране состоится встреча глав союзных государств) передает то же самое. Мой фюрер, у нас появилась великолепная возможность уб…

– Поручаю вам разработку операции по физическому уничтожению «тройки»! Захлопнуть тегеранскую мышеловку и разом ликвидировать всех! – Гитлер сжал кулаки и закрыл глаза, представляя себе головы поверженных врагов. Он не заметил, как перебил на полуслове Кальтенбруннера. После поражения под Сталинградом он стал более вспыльчивым в общении с генералитетом, считая многих из них выскочками и демагогами, неспособными решать назревшие задачи. Чего стоило предательство… да, предательство Паулюса! Зачем надо было присваивать ему звание фельдмаршала, когда тот попал в окружение! Чтобы он сдал армию и поднял руки перед русскими?! Предатели! Фюрер подошел ближе к Кальтенбруннеру: – Вы слышите меня? Немедленно приступить!.. Привлечь к исполнению Отто Скорцени!

Присутствовавший на совещании Юлиус Шауб внимательно проследил за тем, как секретарь Траудль Юнге оформила протокол произошедшего разговора, и остался доволен ее работой. Как и его фюрер, Шауб ни на минуту не усомнился в успехе грядущей операции. Скорцени не зря считался любимчиком Гитлера и баловнем судьбы. Знаменитый диверсант – «человек со шрамом» – не знал неудач. К тому времени на его счету были убийство канцлера Австрии Энгельберта Дольфуса и вызволение из плена дуче Италии Бенито Муссолини.

«Если за дело возьмется Скорцени, Москве, Вашингтону и Лондону самое время заказывать траурные марши по своим вождям! – заключил Шауб и у него загорелся взгляд от такой перспективы. – Поражение под Сталинградом, конечно, сказалось на здоровье фюрера, но не подорвало его воли к победе. Он по-прежнему способен принимать неординарные решения!»

– Эта затея никуда не годится. Мое слово – «Нет»!