Книга Эпицентр, страница 120 – Дмитрий Поляков-Катин

— Безусловно. Их охраной занимаются войска СС.

— И гестапо, — вставил Виклунд.

— Гестапо входит в состав СС и подчиняется непосредственно рейхсфюреру Гиммлеру.

— Вы все время пытаетесь завести Гиммлера в орбиту наших переговоров, заранее зная, что нам сложно говорить об этой фигуре.

— И тем не менее. Объективность такова, что только Гиммлер способен удерживать в повиновении весь аппарат СС. После покушенияон подмял под себя даже абвер. К тому же работы по созданию бомбы ведутся под контролем СС. В этом вы, надеюсь, не сомневаетесь?

— Хочу отметить, — вмешался Майер, — что благодаря усилиям рейхсфюрера из лагерей освобождены большие группы евреев. Это серьезный риск. Их тайно переправляют в третьи страны, в том числе в Швецию. Можно обсудить и этот вопрос.

— Похвально, — кивнул Виклунд. — Правда,

группы совсем небольшие. Но все равно... Однако евреи не являются предметом нашего разговора. И персону Гиммлера давайте оставим пока за рамками, так сказать. Гейзенберг, Вайцзеккер, Ган, Баг-ге — нас интересует безопасность ваших физиков.

— Они в безопасности, — заверил Бум. — Большинство эвакуированы из крупных городов, которые подвергаются бомбардировкам, и продолжают работать. В случае наступления союзников мы сможем контролировать их местонахождение в южных и западных землях рейха. Главное, заранее согласовать наши усилия... И наши условия, — добавил он, коротко подумав.

Это была та информация, которую можно было продать «Интеллидженс Сервис».

В остальном дни Хартмана протекали в потоке встреч, улыбок, визитных карточек и рукопожатий, что для него, закаленного подобной суетой в берлинском «Адлерхофе», не являлось особенным обременением. Много людей, много знакомств — именно то, что было нужно его хозяевам. Пару раз его узнали, но общение было мимолетным, и он выкрутился.

Среди новых знакомых внимание Хартмана привлек некто Феликс Цауэр, полноватый, смешливый, обремененный всеми видами неуверенности повеса, робкий любитель скрытного разврата и застольного балагурства. Во время кутежа в ресторане «Ритца» Цауэр на ухо поведал, что служит в базельском Банке международных расчетов. Хартман знал, что БМР был создан усилиями крупнейших мировых банков в 1930 году, в том числе нью-йоркским Федеральным резервным банком и германским «Рейхсбанком». На недавней конференции в Бреттон-Вудсе было выражено прямое нежелание сотрудничать со странами «оси», что привело к решению о ликвидации БМР. Однако банк продолжал функционировать как ни в чем не бывало и обслуживать самые разные компании, невзирая на их государственную принадлежность.

Цауэру нравился Хартман, спокойный, уверенный, доброжелательно ироничный, в нем он видел опору в преодолении своих мнимых недостатков.

— Странные дела творятся у нас в БМР, — доверительным шепотом поведал он, стараясь удержать на тупеющем от алкоголя лице загадочное выражение. — Знаете, куда уходят платежи? В космос. Они уходят в космос. Но! Гитлеру нужны доллары. А янки хотят золота. Я видел график поступлений за полгода. только, тсс! Золото едет к нам эшелонами. Прямо из рейха. А мы переводим доллары — прямо в космос. Но кто-то же там их принимает, а? Товар — деньги — товар. Так, кажется, у Маркса?

— Но откуда у немцев столько золота? — наивно поинтересовался Хартман.