Книга Идеальный убийца, страница 187 – Уорд Ларсен

Для сына торговца это была атмосфера, в которой можно было процветать. Ложь и обман были основным товаром в торговле, настоящей игровой площадкой для хитроумных интеллектуальных игр Зака. Это был также его шанс отомстить. Он испытывал растущее удовлетворение каждый раз, когда присваивал деньги с банковского счета ХАМАСА или подкупал владельца магазина в Газе. Каждый успех приносил удовлетворение, но также разжигал его желание большего. Его репутация в этом темном уголке ЦАХАЛА быстро росла, а командиры предоставляли ему все большую свободу и возможности для более масштабных и значимых операций. Однако здесь Зак увлекся. Он упустил из виду тот факт, что это тупое подразделение вооруженных сил все еще было всего лишь подразделением вооруженных сил.

Зак разработал план заложить бомбу на предстоящем собрании палестинской группы, выступающей за мир. Бомба не должна была взорваться. Это был бы просто неразорвавшийся снаряд, который можно было бы легко идентифицировать как принадлежащий ХАМАСу (достаточно легко, поскольку израильские военные постоянно обезвреживали и конфисковывали именно такое оружие). По мнению Зака, было бы приятно наблюдать за тем, как развернутся боевые действия среди арабов.

Его командир, непокорный подполковник, смотрел на это иначе. Он счел всю идею абсурдной, если не прямо-таки опасной, и приказал Заку пресекать любые дальнейшие мысли об этом. Две недели спустя бомба действительно взорвалась на митинге в южной части Газы, и анонимный звонивший заявил, что ответственность за это несет нечестное ответвлениеХАМАСА.

Командир Зака выдвинул баллистическое обвинение по всей цепочке командования. Дела всегда падают тяжелее, чем поднимаются, и подполковника немедленно перевели на другое место и велели заткнуться. Началось зловеще тихое расследование. Зак, конечно, настаивал, что не имеет никакого отношения к установке бомбы, что было правдой в самом буквальном смысле. Он с честью прошел тест на детекторе лжи, что легко сделать, когда понимаешь, как они работают, и в конце концов улик оказалось мало. Конечно, ничего такого, на что можно было бы повесить военный трибунал. Тем не менее, у военных есть свои методы. Высшее руководство было крайне подозрительным, и капитану Заку тихо сообщили, что он никогда не станет кем-то большим, чем майор Зак. Его перевели в Отдел радиотехнической разведки, или SIGINT, кладбище потерянных карьер.

Оставшиеся годы службы Зака казались профессионально спокойными. Это, однако, не было следствием его безделья. В его глазах взрыв в Газе был большим успехом. Палестинцы поссорились и стали подозревать друг друга. В редакционных статьях арабской прессы повсюду указывали пальцем. Везде, кроме Израиля. По крайней мере, время, проведенное Заком в разведке, научило его ценить средства массовой информации и общественное мнение. Снова и снова правительства принимали решения, основанные не на фактах, а скорее на опросах общественного мнения, настроениях людей. Это заставило Зака расширить свои первоначальные идеи и придать им еще один, разрушительный поворот. Он тихо поделился своими мыслями с теми, кто помогал в первой атаке, вместе с несколькими другими тщательно отобранными друзьями, людьми, которые были так же непреклонны в своем деле, как и он.