Книга Цель обнаружена, страница 152 – Марк Грени

— Безумие. Какой солдат или шпион принимает наркотики во время операции?

— Заткнись, — отозвался Джентри. Комната перед ним поплыла в мягком сиянии. Он ворчливо добавил: — Боль замедлила бы меня потом, если бы я не утихомирил ее.

— А героин вас не замедлит?

— Это не героин, дубина, — отрезал он, хотя понимал, что действие препарата сходно с героином, хотя и не имеет такого галлюциногенного эффекта.

— Вы наркоман, — ровным тоном сказал Аббуд.

— А ты кровожадный деспот. Отвяжись от меня.

Любое раскаяние, которое он мог испытывать из-за употребления тяжелого наркотика во время операции, растворилось за считаные секунды, так как на первом этапе морфин давал мгновенное ощущение благополучия. Через десять минут после инъекции он оживленно беседовал с Аббудом, что разительно отличалось от его предыдущего поведения.

Но Корт не полностью утратил дееспособность. Во время их вежливой беседы в следующие полчаса Орикс поинтересовался его настоящим именем и домашним адресом, попросил одолжить телефон и поближе взглянуть на его замечательный пистолет. Серый Человек находился под воздействием опиата, но он не был безумен. Каждый раз он добродушно улыбался, а в ответ на просьбу показать пистолет сказал, что это была неплохая попытка.

Без четверти пять Корт совершенно успокоился. Это было наркотическое спокойствие, навеянное химическими веществами и совершенно неуместное в этом месте и в это время. Пока он болтал с Ориксом и беседовал с собой, то обнаружил, что невероятно гордится своей миссией вместе с храбрыми парнями из группы «Виски-Сьерра», — да упокоит Бог души двоих из них, — и рад знакомству с легендарным Дэнни Кармайклом.

Когда он закрыл глаза, пребывая в блаженном покое, то начал засыпать. Внутренняя расторможенность, вызвавшая его болтовню с пленником, теперь заставила его свесить голову на грудь, но тут зазвонил телефон.

Корт посмотрел на аппарат и широко распахнул глаза. Потом взглянул на Орикса и улыбнулся.

— Ох, черт. У меня неприятности. — Он нажал кнопку приема. — Алло?

— Ладно, Шестой, у нас перемена графика, — сказал Хайтауэр.

— Мать честная. Эм… я не знаю. Как там на яхте?

— Все хорошо, но мне нужно, чтобы ты разведал другое место для эвакуации. Северная сторона мангрового болота выглядит лучше при отливе. Давай туда и убедись, что там нет штатских. Иногда там появляются шатры бедуинов…

— Хочешь сказать… прямо сейчас?

— Нет, дурень. Когда тебе заблагорассудится. Конечно, я имею в виду сейчас.

— Э-ээ… ладно. То есть нет. Не сердись, но мне нужно подольше остаться здесь.

— Для чего?

Корт посмотрел на потолок. Он обратил внимание на затейливое плетение тростника; даже в темноте казалось, будто каждый стебелек обладает собственной личностью, своей целью, своим направлением в оплетке, и…

— Для чего, Шестой?

— Ладно тебе, Зак. Не сердись. Просто мне нужно… — Его голос затих.

— Да что с тобой такое?

— Ничего особенного. Но я хотел бы, чтобы ты увидел потолок этой хижины. Он прекрасен, мать его. Они сушат тростник, потом делают маленькие связки, потом делают из них большие связки, и так…

— Боже мой, Корт! Ты под кайфом?

Корт рассмеялся в микрофон.

— Где Орикс?

— Сидит прямо здесь. Хочешь поговорить с ним?

— Нет, хер с ним. Я хочу, чтобы ты…

— Вот он.

Корт встал и передал телефон Аббуду, который взял его свободной рукой.