Книга Перекрестки судеб, страница 60 – Михаил Демин

– А вы, женщины, – общественницы, – возразил он, – трудитесь для общего блага… Не так ли?

– Ну-ну, – сказала она. – Не будем ссориться по пустякам! – И крепко сжала его пальцы. И добавила погодя: – Гляди-ка: фонарь… Кажется, там мост! За мостом дорога освещена. Да и вообще теперь уже недалеко. Я и сама дойду. Возвращайся.

– Нет, нет, – сказал он, пристально высматривая что-то впереди, – не торопись. Там, по-моему, какие-то люди.

– Где? – Она дернулась испуганно.

– У фонаря – видишь? Слева.

– Верно, – спустя мгновение подтвердила она, – кто это? – и вздрогнула, прижимаясь к Игорю. – Ой, я боюсь. Это ж ведь самый хулиганский район. Здесь каждую ночь что-нибудь случается: раздевают, насилуют.

– Ничего, не волнуйся, – успокоительно похлопал ее по плечу Интеллигент, – все будет хорошо.

– Но их там, кажется, много, – шепнула Наташа.

Она замедлила шаг. Игорь сейчас же сказал:

– Только, ради бога, не останавливайся! Идем – как ни в чем не бывало.

И, осторожно высвободив руку – опустил ее в карман.

Свет фонаря стал ясней и просторней. Маячившие возле него силуэты обрели отчетливость. Парней было четверо; они стояли, сгрудившись, на границе света и тени, – о чем-то шумно толковали меж собою. Слов было не разобрать, слышались только голоса – невнятные и хриплые. Потом голоса затихли.

От группы парней отделилась приземистая фигура – в распахнутом ватнике, в сапожках, в плоской кепочке, низко и косо посаженной на лоб. Фигура приблизилась к идущим и окликнула их:

– Эй, граждане, стойте! Прикурить не найдется?

Вопрос был традиционный, почти – ритуальный, обычно предшествовавший насилию; именно так у российского хулиганья и всякой уличной шпаны принято обращаться к намеченной жертве… Как и каждый квалифицированный вор, профессионал, Игорь относился к повадкам хулиганья с нескрываемым и высокомерным презрением. И сейчас он – шагнув навстречу парню и глядяна него в упор – проговорил негромко:

– Чего тебе, голубок?

– Прикурить. Ты что – глухой? Спички есть?

– Так ведь твои ребята курят. – Игорь мотнул головой, указывая на темные силуэты, застывшие в отдалении.

Там было тихо. Ребята прислушивались к диалогу. И в руках у одного из них багровел, посверкивая, огонек папироски.

– Ну-к что ж, – ухмыльнулся парень. – А я хочу – у тебя!

– У меня, значит, – задумчиво проговорил Интеллигент. – Ладно, дам тебе прикурить… А может, заодно и табачку?

– Давай, – подбоченился парень.

Тогда Игорь – лениво, медленно – вынул из кармана руку; в ней был зажат финский нож. Лезвие блеснуло остро и холодно, и струистый этот блеск заставил хулигана отшатнуться.

– Ах, пардон, – сказал Игорь. – Это я ошибся. – Сунул нож обратно в карман и другой рукой – левой – извлек из пиджака пачку «Беломорканала».

Встряхнул ее; выскочила папироска. Протягивая пачку, Игорь сказал – твердо глядя на парня, ломая глазами его взгляд:

– Бери! Если уж ты так хочешь… Ничего больше не надо?

– Нет, спасибо, – пробормотал растерянно хулиган. Неловкими пальцами взял из пачки папироску и подался назад, попятился к фонарю.

– Погоди, – сказал Игорь. – А прикурить?

– Ничего, – донеслось в ответ, – обойдусь.

– Ну, привет! – небрежно бросил ему Интеллигент. И, обхватив Наташу за плечи, – повлек ее в темноту.

Они простились в черте города и там условились, что в дальнейшем Наташа будет приходить к нему пораньше, днем…