Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
– Убиты, во-первых, не все, – уныло возразил Игорь. – Вы, что ли, забыли о Козле? О Федоре Сокове? – Ах да, Козел, – проговорил протяжно Семен Сергеевич, – про него я и вправду забыл! И Самурай, перестав жевать, повторил – как дальнее эхо: – Ах, да – Козел… И вот перед Игорем разыгралась короткая мимическая сцена – словно в немом кино. Начался разговор глаз. Семен Сергеевич слегка сдвинул брови и посмотрел на Самурая. Тот медленно опустил морщинистые веки. И потом покосился на Ольгу. И толстуха не то чтобы в ответ подмигнула, нет. Круглое, миловидное ее лицо осталось невозмутимым. Лишь изменился на какое-то мгновение цвет голубых, ясных глаз. Что-то там, в глазах, вроде бы дрогнуло, потемнело… А затем Ольга повернулась к Игорю – и послала ему широкую, простецкую свою улыбку, обнажающую все зубы, все десны. – Об ём, миленький, ты можешь не беспокоиться! Она весело это сказала. И Интеллигент понял, что вот сейчас – одной своей случайной фразой – он приговорил Федора Сокова к смерти. Но понял Игорь также и то, что он и сам уже завяз… Завяз глубоко, прочно. И отступать теперь поздно. Да и некуда. Да и зачем? Они просидели за столом всю ночь. Обговорили множество деталей. И покинули Ольгину квартиру уже при свете новой зари. Когда Игорь вышел с новыми своими приятелями, на улицах было тихо, малолюдно. Поселок только еще просыпался. – Имейте в виду, – предупредил он Семена Сергеевича, – в районе, судя по слухам, введено чрезвычайное положение. Так что попадаться на глаза мусорам вам не стоило бы… – Пустяки, – небрежно сказал Семен Сергеевич, – у нас все предусмотрено. Все – отполировано. Мы с Самураем, – к вашему сведению, – журналисты из Москвы! – И куда же вы сейчас? – погодя спросил Игорь. – В село Оленек, – сухо сказал Семен Сергеевич. И Игорь понял, что задавать дальнейшие вопросы не следует. Они шагали по широкой улице свайного поселка. Раннее солнце блистало, просвечивая между сваями. И землю испещряли косые длинные тени. Хотя на земле было еще сравнительно тихо – небо уже шумело вовсю! Там, опережаядруг друга, тянулись, горланя, птичьи косяки. Взглянув ввысь, Самурай сказал: – Ишь как ровно летят! Какие четкие треугольнички! – Между прочим, – сказал Игорь, – я недавно прочитал в одной ученой книжке, что лебеди и особенно журавли строят свои косяки в соответствии с законами кристаллографии. Стороны каждого такого треугольника образуют угол, близкий к 110 градусам. – Да? – равнодушно, думая о чем-то своем, проговорил Семен Сергеевич. – Да! А между точным направлением полета и одной из сторон птичьего клина угол равен обычно 54 градусам 44 минутам и 8 секундам… Неужели вы не знаете, что это значит? – Нет… А что? – Да ведь именно такой угол образуют естественные грани алмаза! – Не может быть! – воскликнул Семен Сергеевич. И даже остановился на миг. – Вот странно… Птицы – и кристаллы! А Самурай сейчас же спросил, оскалив кривые зубы: – А зачем это птицам? В чем тут секрет? – Этого никто не знает, – сказал Игорь, – это тайна. Одна из многих тайн. Он проводил взглядом далекий удивительно правильный треугольник лебедей. И потом – с трудно сдерживаемым вздохом: – Вот так и наши алмазы – улетели, растаяли… И тогда Семен Сергеевич сказал, положив на плечо Игорю тяжелую пятерню: – Ничего, друг мой. Может, еще не все потеряно… Ведь птицы – куда бы они не улетели – всегда возвращаются к старым гнездовьям! |