Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
– Ты с ним что же, заранее списался? – спросил погодя Малыш. – Ну да. Еще весной. Когда на шестнадцатом лагпункте был. У меня там знакомыевольняшки завелись – так вот, с их помощью… – Значит, ждут, – протяжно проговорил Копыто, – что ж, дай бог! Если все точно… Интеллигент сказал все точно. В Полтаве их действительно ждали… Однако он сильно удивился бы, узнав, что не один только Хмырь интересуется данной компанией. Были в городе и другие люди, заранее осведомленные о предстоящем приезде рецидивистов и по-своему активно готовящиеся к этому. В управлении Полтавского угрозыска (примерно в ту самую пору, когда исчез Васька Сопля) происходил разговор между двумя работниками оперотдела. Один из них – широкий, приземистый, с гладким, бритым наголо черепом – сидел за столом, развалясь, задумчиво перебрасывая какие-то бумаги. Другой – сухощавый и узколицый, с рыжеватыми, аккуратно подбритыми усами – неспешно, заложив руки в карманы, расхаживал по кабинету. Бритоголовый (парторг управления, по имени Викентий Павлович Проценко) говорил, облокотясь о стол, похрипывая одышкой: – Черт его знает – что делать? Ума не приложу… Вот опять пришло отношение из прокуратуры. Интересуются отчетностью за первый квартал. А там у нас – два нераскрытых дела… И в прошлом месяце одно. Квартирный грабеж. Да еще с убийством. Итого – три! Ты понимаешь, Наум Сергеевич? Ведь это же позор. – Позор, – согласно покивал Наум Сергеевич. – Ну а что же ты скажешь? Что посоветуешь? – А что я могу сказать? – Не вынимая рук из карманов, Наум Сергеевич остановился. Высоко поднял плечи и так застыл посреди кабинета. – По моей группе ни одного такого дела не значится. У меня все чисто – сам знаешь. А за других я не могу отвечать. И не хочу, признаться… Да и вряд ли они примут мои советы. – А что бы ты, к примеру, мог посоветовать? – спросил, подаваясь к нему, Проценко. – Да я же повторяю: меня и слушать не станут! – А ты мне скажи! – усмехнулся парторг. – Я потому тебя и вызвал одного, понимаешь? Говори, выкладывай! Обсудим на пару. – Н-ну, если так, – помедлив, проговорил Наум Сергеевич. – Именно так. И перестань метаться. Не бегай. Сядь! – Что ж, единственный выход – по-моему – заново перетасовать колоду, – сказал, присаживаясь на край стола, Наум Сергеевич. – Переиграть все и найти другие фигуры – понимаешь? Мы убьем сразу двух зайцев: выправим отчетность и одновременно нанесем ущербблатным… Пусть даже те, кого мы возьмем, будут и неповинны в данных преступлениях – все равно, раз это воры, значит, в чем-то они, без сомнения, виновны; что-нибудь у них непременно числится в прошлом. Или – ожидается в будущем… Так что в принципе мы будем правы! Наша задача ведь – борьба с преступным миром, не так ли? Ну а в этом плане хороши любые средства. Любые! Самые рискованные! – Которыми ты, собственно, и пользуешься, – небрежно, как бы вскользь, проговорил Проценко. – В общем, да, – сказал Наум Сергеевич, – пользуюсь. При вашем согласии… – Или – попустительстве, – натужно пробормотал парторг. – Как бы то ни было, – заметил, отходя от стола, Наум Сергеевич, – со мной всегда все в порядке. Дела, проходящие по моей группе, закрыты все до единого! И прокурорский надзор еще ни разу ни к чему не придрался. Чего о Новицком, например, сказать нельзя. |