Книга Рай с видом на ад, страница 12 – Владимир Колычев

Борис остановился, тряхнул головой. Ситуация непростая, в бане мог затаиться враг, а в голову досужие мысли лезут, мешают сосредоточиться.

Он продолжил путь, поднялся на крыльцо под широким с колоннами козырьком, взялся за ручку двери.

С Ворокутой все ясно, человек немного не в себе, купил манекен от нечего делать, но эта забава быстро наскучила, решил соседям устроить сюрприз, а заодно дружбу с ними завести. Стрельбу вот ночью устроил, возможно, для того, чтобы завтра было о чем поговорить. Странный тип, чудак, но вряд ли он опасен. Во всяком случае в бане он прятаться точно не станет.

Борис уговорил себя, дернул за ручку двери, уверенный в том, что не сможет открыть ее. Но дверь вдруг распахнулась, сердце сжалось, а душа скользнула в пятки.

Но из темноты никто не вынырнул, на Бориса не набросился, душа, устремившаяся вдруг в пятки, встала на место. Он включил свет, зашел в предбанник, нарочно оставив дверь нараспашку. В бане пахло березовыми дровами, ощущение такое, что печь топили совсем недавно. И в парилке теплая сырость, хотя полы совершенно сухие. И в поддоне душа ни одной капли. Но если кто-то и мылся здесь вчера-позавчера, все давно бы уже высохло.

Борис уже собирался выходить, когда его внимание привлек прозрачный колпачок от тюбика с кремом или шампунем. Колпачок лежал под скамейкой в предбаннике, находка, казалось бы, и не заслуживала внимания, но Борис все же нагнулся, поднял. Колпачок прозрачный, закругленный, на кончике небольшой выступ, как на головке презерватива. Странная какая-то конфигурация, у них с Полиной такого колпачка точно не было. Да и не валялось у них ничего на полу, когда они уезжали… Или все-таки валялось, просто они не заметили. И колпачку не придали значения. Ну выступ и выступ, это же не точная копия презерватива. Или копия?

В поисках ответа Борис задумался и вдруг понял, что может прозевать момент нападения со спины, вздрогнул от дурного предчувствия, обернулся, но никого не увидел. Из бани вышел, забыв щелкнуть выключателем. Или это подсознание не захотело гасить свет.

Он подошел к калитке, открыл, осторожно выглянул, тишина. Глаза снова привыкли к темноте, он вышел за ограду, под ногами зашуршали мелкие камешки. Странно, кто-то посыпал дорожку щебнем, и не известковым, а гравийным. Не удивительно, что Ворокута не испачкал ноги, когда шел к ним. А идти он действительно мог этой дорогой вдоль оврага. И сегодня мог, и позавчера, и неделю-две назад. Не для того ли он посыпал дорожку, чтобы ходить и ходить по ней?.. А щебень отсыпан до самой калитки, дальше обычная тропинка, глинистый, размокший от дождя грунт с вкраплениями горной породы. Спокойно можно дойти до густых зарослей ежевики, за которыми начиналась отвесная скала. И где летом кишмя будут кишеть гадюки. Не зря застройщик закрыл мелкой сеткой зазоры между полотном забора и лентой фундамента. Шляхов уверял, что ни один гад во двор не проползет, а если вдруг все же пролезет, бояться не надо. Кавказские гадюки никогда не нападают первыми. В отличие от медведей.

А медведя не слышно, не ревет, не бежит вверх по горной тропке, сотрясая кустарник. Ветерок легкий поднялся, по кронам молодых дубков пробежался, и кустарники недовольно зашептались, ночь еще, спать и спать, а их будят. А может, это Ворокута крадется, с карабином наперевес. Может, уже взял соседа в прицел, с него станется.