Онлайн книга «Любовь по контракту, или Игра ума»
|
– Привет, Дэник. Он раздраженно фыркнул: – Сто раз просил! – Ну, извини, извини... Сын категорически запрещает называть его Дэником. С ним вообще невозможно нежничать и сюсюкать. А так хочется! Я часто жалею, что у меня не родилась дочь. Мне почему-то кажется, что найти общий язык с девочкой было бы проще. – Я зайду? – Давай. Ты один? – Ага. – Жду. У Дэна, конечно, имелись ключи от моей квартиры. Но он, надо отдать ему должное, не был лишен деликатности и никогда не являлся в гости без предупреждения. И потом, он был достаточно взрослым, и понимал, что у отца вполне может быть своя личная жизнь. Хотя, я подозреваю, что его это страшно смешило: личная жизнь сорокалетних ископаемых... Личная жизнь Дэна не особенно бурная. Со своей последней пассией он встречается неприлично долго: почти год. Как-то он заглянул ко мне в гости вместе со своей подружкой. Ну, что ж... Я боялся худшего. Волосы, конечно, крашеные, но в рыжий цвет, а не в зеленый или фиолетовый. И прическа вполне приличная, на мой взгляд. И кольцо в нос она еще не успела продеть, хотя собиралась. Я с трудом удержался от желания ее отговорить, понимая, что тогда уж непременно проденет. Дэн мне шепнул по секрету, что на курсе ее считают опасной интеллектуалкой. Что ж, и так бывает. Правда, девушка все время путала Софью Ковалевскую с Софьей Перовской, незаслуженно приписывая террористке научные подвиги, но это не те знания, которые необходимы будущему экономисту. Думаю, что Дэн тоже не в состоянии отличить одну от другой. Иногда мне бывает интересно: о чем они разговаривают? Или они почти не разговаривают? Три года назад я, краснея и бледнея, пытался объяснить Дэну, как пользоваться презервативом. А что вы хотите? Я боялся за него! Навсегда запомню тот снисходительный взгляд, которым сын взирал на мои мучения. Помните анекдот? Письмо в редакцию: «Следует ли говорить с детьми о сексе?» Ответ: «Следует. Узнаете много нового и интересного». В дверь позвонили, и я торопливо пошел открывать. В последнийраз я видел сына почти месяц назад, и мы слегка повздорили по поводу его неумеренных трат. Я сгоряча пригрозил Дэну оставить его без карманных денег, а потом мучительно переживал свою несдержанность. Как и многие разведенные отцы, я страдаю комплексом вины перед ребенком. И чтобы он не чувствовал себя обделенным, готов потакать сыну значительно чаще, чем требует педагогика. Дэн вошел в квартиру и сразу же направился к дивану. Уселся, стащил с себя ботинки и швырнул на пол куртку. Я не стал делать ему замечания, просто убрал вещи в шкаф. Потом оглядел сына с головы до ног и велел: – Рубашку заправь... Дэн – патологический неряха. Он всегда выглядит так, словно вернулся с ликвидации последствий землетрясения или наводнения. И это притом, что одевается сын в магазинах, которые я считаю для себя слишком дорогими. Вот и сейчас он в своем репертуаре: впереди рубаха заправлена под ремень, а сзади торчат неряшливые клочья. – Так не видит никто, – отмахнулся ребенок. – Я вижу. Он застыл с открытым ртом. Мысль о том, что можно заправить рубашку в брюки ради отца, его явно не посещала. Тем не менее он не стал спорить, поднялся и послушно запихал комки ткани в джинсы. «М-да, – подумал я, – плохо дело». Такое послушание говорило о серьезном денежном кризисе. Придется раскошеливаться по-крупному: |