Книга Волчья балка, страница 51 – Виктор Мережко

Мать поднялась, пригласила:

— Ладно, давайте обедать. А там как бог пошлет.

Сын направился к выходу, Оксана окликнула его:

— Ты куда?

— Сейчас вернусь.

Володя вышел во двор, набрал номер.

— Виталик, салют… Володя Гуськов. Узнал?.. Есть пара минут? Что делаешь сегодня?.. А завтра?.. Есть интересная тема. При встрече расскажу. Хорошо, во сколько? Давай прямо с утречка. Часов в десять. Все, жду! — отключил телефон, направился в дом.

На пороге стоял чабан.

— Адылу… моему хозяину звонил?

— Ты чего, Бату?.. Если я дал слово, то держу! — засмеялся парень. — Пошли, мамка ждет.

Виталий вывел из гаража свой мотоцикл, любовно прошелся по аппарату мягкой бархатистой тряпочкой, хотел было запустить двигатель, как вдруг услышал:

— Эй!

Сначала не понял, откуда и кто его окликнул, бегло повертел головой, уселся на байк, но его снова позвали:

— Эй, парень!

Глянул на окна дома, увидел в окне второго этажа незнакомую девушку. Удивленно покинул мотоцикл, сделал пару шагов поближе.

— Привет… А ты кто?

— Никто, — ответила Наташа.

— А что там делаешь?

— Смотрю на тебя.

Парень заинтригованно заулыбался, достал мобильник, сделал пару снимков.

— Спускайся, прокатимся на байке!

— Мне нельзя.

— Почему?

— Не знаю. Сказали, чтоб сиделаи никуда не выходила.

— Кто сказал?

— Какие-то люди.

— Сейчас я поднимусь к тебе!

Виталий быстро проверил устойчивость мотоцикла, бегом направился ко входу в дом.

Поднялся на второй этаж, прошагал по длинному узкому коридору, увидел возле одной из дверей охранника. Решительно подошел, попытался открыть дверь. Охранник отстранил его.

— Сюда нельзя.

— Почему?

— Не велено… Нужно разрешение Даниила Петровича.

— Я его сын.

— Я знаю. И все равно нельзя.

— А кто там?

— Человек.

— Я могу поговорить с ним?

— Не можете. Только если будет команда Даниила Петровича.

— Сейчас команда будет, — парень нервно достал мобильник, нашел нужный номер. Автоответчик сообщил, что «абонент недоступен или находится…» — Может, все-таки впустишь?

— Не велено.

Виталий в беспомощной злости потоптался на месте, зачем-то спросил:

— Как тебя зовут, жлобяра?

— Леонид, — спокойно ответил тот.

— Ты, Леонид, за свое хамство ответишь.

— Я вам не хамил. Если нарушу инструкцию, меня уволят.

— Я сын… Понимаешь, сын Даниила Петровича! Я здесь на все имею право.

— На все имеете, а сюда нельзя, — тупо и упрямо повторил охранник.

— Дебил, — парень повернулся и быстро зашагал прочь.

Спустился во двор, посмотрел на окно второго этажа. Девушка по-прежнему была в нем.

— Не получилось! — сделал еще несколько снимков на мобильник. — Вечером что-нибудь придумаем. Познакомимся.

Сел на мотоцикл, завел двигатель, увидел вышедшую из дома мать, Нину Николаевну.

— С кем ты разговаривал? — спросила она, подойдя.

— Ни с кем, мама.

— А мне послышалось… Ты надолго?

— На пару часов. А папа где?

— Где папа? — грустно усмехнулась Нина Николаевна. — Кто знает, где наш папа?.. Как всегда, по делам, — подошла поближе, обняла сына. — Будь осторожней, Виталик… Когда отец купил тебе эту машину, я перестала спать.

— Все, нормально! — он поцеловал ее. — Я ведь тоже не хочу уйти с этого света раньше времени, — нажал на газ и с ревом выкатился со двора.

Капитан Бурлаков сидел на ступеньках разбитого в щепки крыльца служебного домика, гонял крупные желваки на впалых черных щеках, безостановочно курил, время от времени смачно сплевывая в сторону.