Книга Волчья балка, страница 137 – Виктор Мережко

Достал из кармана мобильник, тупо уставился на экранчик, все-таки набрал номер, который хотел.

— Здравия желаю, Семен Степанович… Да, собрался наконец. Как вы? Про Наташу ничего?.. Хреново. А я вот, товарищ капитан, решилподать рапорт на увольнение. Никак нет, не шучу. Потому что больше не могу с этим дуровозом!.. Ну, с Гуляевым. Только что чуть не подрались. Приехал к нему знакомый майор… ну, с управления… Полежаев… отвалил кучу денег, а я поинтересовался… Откуда, мол, такие бабки. Не простые, а зеленые!.. Говорю ж, майор!.. Аркадий Борисович! Базарят про них, вроде родня! Вот я и решил вильнуть хвостиком и в прохладный аквариумчик… Надоело, товарищ капитан! Надоело! И к тому ж зверски устал! Не истерю, говорю спокойно. А вы когда намерены выйти?.. Понимаю. Конечно, понимаю. Да, тут будет полный беспредел. Хорошо, Семен Степанович, как скажете. Если что звоните, я всегда на проводе. И всегда на подмоге, — Стас выключил телефон, постоял какое-то время в раздумье, увидел вдруг иномарку, нагло нарушившую все мыслимые правила, остервенело ринулся на перехват.

Даниил Петрович привычно широко и по-свойски распахнул дверь кабинета Бежецкого, с улыбкой двинулся к стоявшему возле окна Артемию.

— Господи боже!.. Ты как затворник! Хоть на улицу иногда выбираешься?.. Свежим воздухом дышишь? Окочуришься тут — никто даже не узнает.

— Узнают, — усмехнулся Бежецкий. — Ты первым.

— Как верный друг и давний соратник! Даже на похоронах буду первым!

— Что-то ты рано хоронишь меня, Петрович.

— Шутка юмора, Артемий! Не все так мрачно в жизни, как из твоего окна!

— Да нет. Из окна как раз не мрачно. Народ бегает, старается, резвится, — Артемий вернулся к столу, кивнул на одно из кресел. — Если не торопишься, присаживайся.

— Полчаса отниму, — Глушко с шумом уселся. — Что скажешь по поводу вечернего эфира твоего тестя?

— Ничего особенного. Губернатор обязан время от времени светиться на экране. Был бы повод.

— А какой теперь повод?

— Услышим.

— А вдруг отчебучит какого-нибудь гопака?

— Значит, повеселимся.

— Послушай! — возмутился гость. — Отмахиваешься от серьезного разговора, как от мухи! Тебя что — никак не волнует, что понесет эта козлина по телику?!

— А тебя?

— А я для чего пришел? А вдруг брякнет что-то про тебя?!

— Что он может брякнуть?.. Что я ушел от его дочки?

— Да плевать я хотел на дочку! Думаешь, он ни о чем не догадывается?

— О чем? — Бежецкий холодно смотрел на Глушко.

— О твоих делишках!

— А какие у меняделишки? У меня все чисто.

— Как это?

— А вот так. Официально владею базой, также официально занимаюсь строительством, торговлей… Ни в чем не замаран. А делишки — так это у тебя, дорогой!

Даниил Петрович медленно поднялся, так же медленно и угрожающе подошел к Бежецкому.

— А какие это у меня делишки, Артемий Васильевич? Разъясни, если не трудно.

— Спокойно, — предупредил тот. — Эмоции в сторону.

— А я спокойно… В чем я замаран, господин Бежецкий?

— Ну как? — пожал тот плечами. — Все звонки, контакты, завязки, отправки — все на тебе. Разве нет?

— Контакты, завязки — это кто?

— Перечислить?.. Хотя бы тот же Мансур… или уборка трассы. Как понимаешь, я здесь ни при чем.

— То есть, ты меня уже сливаешь?

— Пока разъясняю. А будешь дергаться, суетиться, вынюхивать варианты — обязательно солью. Поэтому дождемся вечера, послушаем губера, а там узким кругом примем решение.