Книга Кот мяукнул в третий раз, страница 48 – Юлия Евдокимова

– В садоводстве нет выходных. Вы просто, типа, делаете работу, когда это необходимо.

– Кто-то может подтвердить, что вы были в кафе?

– Все, кто там был.

– Во сколько вы вернулись домой?

– Из кафе мы пошли в усадьбу… оттуда я шел пешком, мы пили пиво и машину я оставил дома. Вернулся… типа, в час ночи и сразу лег спать.

– Кто-то мог взять ваши ключи от машины?

– Ключ в одной связке с ключами от дома и она, типа, была у меня в кармане. Запасного комплекта у меня нет.

– Замок вашей машины не был взломан?

– Нет, все было нормально и утром я поехал на ней к мосту. Дальше-то только пешком.

– Вы знакомы с профессором Григоревичем?

Парень неожиданно покраснел.

– Я уже рассказывал вам об этом в прошлый раз, видел его только один раз, когда стриг газон у гостиницы, а он, типа, возмущался, что я шумлю. Ну, че, я извинился и сказал, что скоро закончу.

– Вы не знали его или не слышали о нём до встречи в Болтужеве?

– Нет.

Стрельников готов был поклясться, что парень врет.

– Профессор приходил в усадьбу, вы там с ним не разговаривали?

– Я садовник. Занимаюсь парком и садом.

– Чем вы занимались в последнее время?

– Расчищали дорожки в парке, подстригали кустарники, пололи сорняки. Ну, типа все такое. Там много работы с розами, каждый день нужно обрабатывать кусты.

Алиби Тимофея подтвердили и студенты, и хозяйка кафе. Сосед видел, как парень возвращался домой, когда случайно выглянул в окно.

Тимофей явно врал, но основания для задержания не было. Для задержания необходимо быстро разобраться с автомобилем: как машина оказалась на стоянке в отсутствие владельца если никто не мог воспользоваться ключами? Не будь машины, можно поверить, что парень пришел пешком, сделал свое черное дело и вернулся домой. Но машина стояла у гостиницы! Мог Тимофей отъехать от дома и вернуться так, чтобы не услышали соседи? Теоретически – мог. Мало ли какие машины ездят ночью по улице, никто в окна не выглядывает…

Немногочисленные прихожанки расходились после вечерней службы, звонили колокола.

Леля, Мармира и Таисия наблюдали, как играют лучи вечернего солнца с тенями на белых стенах храма, прикладывают свет к одному месту, потом к другому, наконец, выбрав идеальное расположение, оставляют стену в покое и прилаживают другую тень в одном, лишь солнцу известном порядке. Звонарь дергал за веревочки, колокольный звон разливался над крышами, лесом и узкой лентой реки.

Вернее, наблюдала Грайлих, потому что Леля улыбалась и кивала в ответ на приветствия, а Мармира смотрела куда-то в пустоту, надменно вскинув подбородок.

«Она бы идеально смотрелась в роли хозяйки замка где-то в южной Европе»,– подумала Таисия,– «Надо же, какая экзотическая птица в таком городке». Сама Таисия была таким же чужеродным элементом, но она приезжая. Хотя… Грайлих представила себя в одном из костюмов знатной дамы из классической пьесы… а что, она прекрасно вписалась бы в антураж усадьбы Болтужевых!

Мысли перекинулись к усадьбе. Неудивительно, что о ней ходит столько легенд и слухов о сокровищах – дворянский дом в лесу, отрезанный от городка рекой. Наверное, Болтужевы ходили на службы в монастырь за лесом, моста в то время не было, он и сейчас понтонный, для теплого времени года. Зимой переправлялись на санях, как и сегодня, а весной, когда разливается река? Не на лодках же плавали. Ведь рядом километров на пятьдесят ни одной деревни и даже до монастыря не доберешься. Тут не мудрено с ума сойти и все сокровища закопать. Воображение послушно рисовало картины. Пожилая женщина в черном идет к вечерней службе, внучка поддерживает ее под руку. Или приживалка?