Книга Дело N-ского Потрошителя, страница 181 – Наталья Дым

Гулять нравилось. Почему-то во время прогулок в голову не лезли дурацкие раздумья, мысли были лёгкими и необременяющими. Он как тот акын – думал о том, что видел. Про забавных пичуг, прыгающих по прибрежным камням, про вальяжных и высокомерных сочинских котов, которые в солнечные дни выходили на улицу и презрительно провожали взглядами высокого худощавого человека, про вкусный хлеб и кислое вино, которые продавались тут на каждом шагу. В общем – отдыхал Денис на славу.

Только по вечерам он долго рассматривал себя в зеркале в ванной комнате, скаля зубы и пытаясь понять, не удлиняются ли у него клыки. А вот по ночам наваливалась какая-то непонятная тоска и снился рыжий щенок с забавно заломленным левым ухом и длинным розовым языком, вываливающимся из пасти. Щенок не скулил, не плакал, просто смотрел на Дениса и чуть подрагивал тощим хвостом.

Вернулся Денис в N-ск, так ничего и не решив. Но в первый же вечер, выдав Пирату сувенирную домашнюю рыбную консерву, зачем-то вышел на улицу. Мороз ощутимо пощипывал за нос и щёки, но Денис шёл и шёл куда-то, почти так же бездумно, как на прогулках в Сочи. И ноги сами собой принесли его к дому Павла. Хотя Денис и не знал, где тот живёт. Вернее, адрес Павел вроде бы называл, а вот бывать у него Денис не бывал.

Как по наитию, он обошёл дом по периметру и остановился у хозяйственных построек. Попытался было отодвинуть одну из досок, но все они были плотно пригнаны друг к другу и накрепко приколочены. Павел, что ни говори, был хорошим хозяином.

Тогда Денис подпрыгнул и ухватился за верхний край досок, успев мысленно порадоваться, что Павел не натыкал поверх забора битых бутылок или не придумал ещё чего похлеще, как делают некоторые предприимчивые мужики. Подтянулся, опять порадовавшись, что даже в санатории не забывал о зарядке и турнике. Перемахнул через забор и растерянно заозирался. Он вообще не очень отдавал себе отчёт, зачем так поступил и что надеялся найти во дворе Павла.

Вдруг из-за дома, со стороны хозяйственных построек, раздался тихий скулёж. Денис, ступая как можно тише, завернул за угол и увидел белеющий в темноте свежими досками довольно большой вольер. Кто там сидел, было не разглядеть, лишь сверкнули вдруг в темноте два жёлтых глаза и кто-то опять заскулил и заскрёб доски.

Денис подошёл ближе, присел на корточки и заглянул в вольер, пытаясь рассмотреть, кто там находится. И тут же по его лицу прошёлся горячий шершавый язык. Денис от неожиданности отпрянул, неловко приземлился на задницу и растерянно, но довольно рассмеялся.

***

Сергей потянулся всем телом, разминая затёкшие от долгого сидения мускулы, глянул на чистое голубое небо в окне и довольно улыбнулся.

Солнце припекало совсем по-летнему, хотя был всего лишь конец апреля. Весна в этом году случилась ранняя и дружная. Скоро Первомай, а потом – долгожданная свобода.

Прошлым декабрём, как только он вернулся из N-ска, на него сразу свалилась лавина дел. Всё-таки долгое отсутствие и манкирование своими прямыми обязанностями чревато непредсказуемыми последствиями.

Но душа у Сергея пела. А потому плевать ему было на бессонные ночи, проведённые за рабочим столом, на косые взгляды коллег и недовольные шепотки за спиной. По большому счёту ему и на службу было уже плевать. Он бы с удовольствием послал к чертям и прокурора, и министерство, да и всю молодую Советскую республику, но было одно незакрытое до сих пор дело личного характера, которое удерживало его здесь, не давая уехать в любимую Овернь.^[42]