Книга Клетка для простака, страница 31 – Джон Диксон Карр

– Тихо ты, мегера! – крикнул Ник.

Теперь она поняла, что действительно зашла слишком далеко. Невидящий глаз Ника привел ее в ужас. Ник задвигал руками, и «Процесс над миссис Джуел» соскользнул на пол.

– Но что она там делала? Почему ты позволила ей выйти?

– Пресвятая Дева, да разве я знала, что она собирается сделать?

– Не верю, – помотал головой Ник. – Расскажи мне, что ты видела. Расскажи по порядку.

Она рассказала и о том, что видела, и о том, что ей почудилось.

– Я и опомниться не успела, как этот Роуленд затараторил: здесь, мол, произошел несчастный случай, идите, мол, и позвоните в полицию. Я говорю: «Я пойду к доктору Янгу, вот куда я пойду».

– А то, что ты сказала про этого малого, Роуленда, правда?

Марии явно не хватало слов, поэтому она ограничилась тем, что подняла правую руку, словно принося присягу.

– Помоги мне приподняться, – сказал Ник.

– Да, дорогой. Есть еще кое-что. Вернулся офицер полиции.

Волосы Ника были взъерошены, он выглядел совсем больным, поэтому Мария, поддерживая его, повторила свое сообщение.

– Офицер полиции? Какой еще офицер полиции?

– Суперинтендант, как-его-там, который уже был здесь.

– Э-э?

– Хэдли – вроде бы так его зовут.

– Но каким образом он оказался здесь так быстро?

– Он пришел по другому делу, – сказала Мария, вновь принимаясь рыдать. – Он пришел повидать тебя еще раз: говорил, что это очень важно. Я сказала, что ты сдерешь с меня шкуру, если я разбужу тебя между чаем и обедом. Это было до половины восьмого, как раз перед тем, как я пошла туда, к другим. Я сказала суперинтенданту, что если он подождет, то я разбужу тебя в половине восьмого. Я отвела его в библиотеку и совсем о нем позабыла. Как есть позабыла. – И Мария добавила с какой-то дикой радостью: – Он все еще там и совсем обезумел от злости. Но ведь ты не хочешь его видеть, дорогой? И не надо, если не хочешь.

– Да неужто же я не хочу его видеть? Напротив, моя дорогая мегера. Именно этого я и хочу больше всего на свете.

– Но разве ты не хочешь лечь?

– Лечь! Дай мне костыль. – Он кивнул на телефон. – Позвони в отделение полиции; нет, подожди, я сам позвоню. Ступай вниз и немедленно пришли сюда суперинтенданта Хэдли. И не смей называть меня «Ники» и «дорогой» – чтобы я этого больше не слышал, во всяком случае при людях. Понятно?

Он с трудом поднялся, опираясь на костыль; хромая, пересек комнату, оперся о подоконник одного из западных окон и устремил взгляд в направлении теннисного корта.

Хорошо, что он ничего не смог там разглядеть. Те двое, что стояли возле корта, с каждой минутой все сильнее ощущали угрозу, исходившую от мертвого тела, и переживали крушение своих планов. Хью Роуленд все еще сжимал в руках садовые грабли, а Бренда так замерзла, что едва держалась на ногах.

– Теперь это бесполезно, – заметила она. – Мария видела следы и расскажет об этом. Мы не можем их уничтожить. Хью, о чем мы думали? Должно быть, мы просто обезумели.

– Нет. Это был единственно возможный выход, но он не сработал. – Он сжал зубы. – Что ж, ничего не поделаешь. Если нельзя так, то надо сделать иначе.

– Хью, мы не можем. Нельзя начинать все сначала.

– Я не имею в виду очередную подтасовку фактов. Боюсь, – он горько улыбнулся, – боюсь, нам придется опуститься до того, чтобы сказать правду. Нам надо найти такую интерпретацию случившегося, которой они поверят. Именно интерпретацию.