Книга Восемь дней до убийства, страница 85 – Елена Фили

— Красиво, — оценила Лариса, — увы, бездоказательно. Если, как вы нам тут наговорили, у меня и был последний ужин с Борисом, то кто ему давал несколько дней подряд добавочно препарат, так и осталось неизвестным. Или вы сейчас, как клоун в цирке, вытащите из кармана видеозапись того, как я травила Бориса? — Лариса засмеялась и развела руками. — Нет? Тогда идите к черту. И заберите остальных. Я сверх меры наслушалась глупых обвинений.

— Одна запись есть, Лариса Сергеевна. Последняя.

Никита протянул руку, Герман достал из карманаи вложил в нее маленький диктофон. Среди наступившей пронзительной тишины присутствующие услышали голоса Германа и Ларисы:

«Ты отравила Бориса! Не знаю как, но это точно сделала ты, чтобы подставить меня!»

«Да! Это я его убила! Травила постепенно всю неделю, чтобы доказать передозировку! И теперь живи с этим! Помни всю жизнь, что нельзя кусать руку, которая тебя кормит. Это ведь я тебя приютила, вырастила и дала все, что только может пожелать такой, как ты».

«Какой — такой?»

«Никому не нужный талантливый неудачник».

«Тварь!»

Из диктофона раздался звук упавшего стула и хохот.

— Она меня пнула! Прямо под колено. Я дернулся и толкнул стул, чтобы ее задержать. Пришлось срочно уходить, потому что она уже искала глазами, что взять в руки, чтобы меня ударить. Словно с ума сошла.

Герман, увидев, как Лариса метнулась, чтобы схватить диктофон, проворно вскочил и загородил собой Никиту. Тот спрятал гаджет в карман и отодвинул Германа.

— Лариса Сергеевна, вы задержаны по подозрению в убийстве Бориса Соловьева. Вас сопроводят в город и заключат под стражу, где вы будете дожидаться исхода дела.

Никита распахнул дверь, и в кабинет вошли двое полицейских. Один из них протянул Никите бумаги.

— Здесь постановление на обыск и задержание. Ознакомьтесь. — Никита, бегло просмотрев документы, протянул их Ларисе.

— Все это полная ерунда, уже завтра я вернусь, вот увидите. — Лариса Сергеевна не глядя смяла бумаги и кинула их в лицо Никите.

Тот поднял упавшие документы, аккуратно расправил и передал оперу.

— Свое последнее пари вы проиграли, Лариса Сергеевна.

Ларису, шипевшую сквозь зубы ругательства, увели. Туся и Дина молчали, пораженные финалом устроенного Никитой спектакля. Никита пожал Герману руку.

— Вчера, когда ты, хромая, выскочил в коридор, весь взъерошенный, я на мгновение даже испугался, что у нас с тобой ничего не получилось. Но ты поднял вверх большой палец, и тогда я понял: победа! Как колено, кстати?

— Да ерунда. Я же сам себе лучший врач. Спасибо, Коломбо. Ты меня спас.

Сестры, опомнившись, подошли к мужчинам и разделились. Дина, смущаясь, спрятала лицо, уткнувшись Герману в свитер, Туся вдруг с силой ткнула кулаком Никиту в живот, отчего тот согнулся.

— Никаких тайн, никаких тайн! А сам все от меня скрыл. Говорил,что подозреваешь то Пашу, то Дину, то Германа. А вы с ним оказались заговорщиками. Против нас.

Она всхлипнула и выбежала из кабинета.

— Здесь сейчас обыск будет. — Никита, растирая живот, кивнул на деликатно отвернувшегося опера. — Нужны понятые. Не хотите помочь следствию?

— Извини, друг, но нет. Хотя… — Герман, взявший Дину за руку и уже шагнувший к выходу, остановился и повернулся. — Я могу показать тайник, где Лариса хранила снимки. Те самые, которыми ее собирался шантажировать Борис.