Онлайн книга «Бельфонтен и тайна Нила»
|
Он закрыл блокнот. Посмотрел на Нил. На пальмы. На небо, окрашенное в цвет старого золота. Он знал: убийца – где-то здесь. Один из троих. Или… четвёртый. Кто-то, кого он ещё не видел. Но он… найдёт. Потому что не ищет убийцу. Он ищет… того, кто знал, что графиня знает. И кто не мог позволить ей жить. В 1:17 ночи постучали в дверь. Три раза. Тихо. Почти неслышно. Как будто кто-то боялся, что его услышат. – Войдите, – сказал Жюльен, не вставая. Дверь открылась. На пороге стояла Лейла. Она была в платье цвета заката, с глазами, как у кошки, и губами, как у опасной женщины. В руках – маленький чемоданчик. Как будто собиралась в дорогу. Или… бежать. – Месье Бельфонтен… – сказала она, не входя. – Я… должна вам кое-что сказать. – Говори, – ответил он, указывая на стул. Она вошла. Закрыла дверь. Села. Положила чемоданчик на колени. Потом – медленно, как будто каждое слово давалось ей с болью, начала говорить. – Я… не всё сказала. Вчера вечером… я не просто вернулась за перчатками. Я… хотела поговорить с ней. С графиней. Я… устала. Устала быть тенью. Устала быть танцовщицей. Устала… быть не собой. Жюльен молчал. Просто слушал. Пил абсент. Считал секунды. – Я постучала. Она… открыла. Увидела меня. Усмехнулась. Сказала: «Ну что, Лейла? Решила, что пора?» Я… не ответила. Я просто сказала: «Я хочу быть собой. Я хочу… свою сцену. Свою жизнь. Свою мечту». Она засмеялась. Сказала: «Ты? Ты – никто. Ты – тень. Ты – моя танцовщица. И будешь ею… до самой смерти». Лейла замолчала. Потом – достала из чемоданчика фотографию. Две девочки. Близнецы. Подпись: «Изабель и Лейла. 1915». – Это мы, – сказала она. – Я – Лейла. Она– Изабель. Моя сестра. Близнец. Она… умерла в 1928. От тифа. В Марселе. А эта… – она указала на фото – взяла её имя. Её документы. Её наследство. И… меня. Заставила работать на неё. Как танцовщицу. – Почему вы не сбежали? – спросил Жюльен. – Потому что она… угрожала. Сказала, если я убегу – расскажет всем, что я сумасшедшая. Что я убила сестру. Что я… не существую. – А вчера? – Вчера… я хотела… убить её. – Лейла посмотрела на Жюльена. Глаза – сухие. Ни слезы. Ни страха. Только… правда. – Я… принесла яд. В помаде. Я… вставила его туда. С иглой. Я… хотела, чтобы она умерла. Медленно. Мучительно. Как я… жила все эти годы. Жюльен нахмурился. – Вы… отравили помаду? – Да. Я… купила опиум в Александрии. У аптекаря. Я… вставила его в помаду. В ту, что лежала у неё на туалетном столике. Тёмно-красную. Я… думала, она накрасит губы… и умрёт. – Но она… не накрашивала губы? – Нет. Она… пила вино. Из бокала. Я… не знала, что в нём яд. Я… не подмешивала его туда. – Тогда кто? – Я… не знаю. Но… это не я. Я хотела… отравить помаду. А не вино. Жюльен кивнул. Достал блокнот. Написал: Лейла – мотив: месть. Пыталась отравить помаду. Но… не отравила вино. Подозрение – снижено. – Продолжайте, – сказал он. – Я… вошла в номер. Она… сидела за столом. Пила вино. Увидела меня. Усмехнулась. Сказала: «Ну что, Лейла? Решила отравить меня?» Я… замерла. Она… знала. Она… всегда знала. Она… сказала: «Ты думаешь, я не вижу, как ты смотришь на меня? Как ты ненавидишь меня? Как ты мечтаешь… убить меня?» Я… не ответила. Я просто… стояла. Она… засмеялась. Сказала: «Ты… никто. Ты – тень. Ты – моя танцовщица. И будешь ею… до самой смерти». |