Книга Безупречные создания, страница 85 – Елена Михалёва

Юсупов вытер рукавом лоб. Что-то негромко сказал Мантейфелю. Тот кивнул.

Подошли секунданты с оружейным футляром. Передали заряженные пистолеты противникам. Один из них дал команду к началу и принялся вслух считать шаги по мере того, как оппоненты удалялись друг от друга.

Лиза дёрнулась было кинуться на поляну, но Алексей крепко перехватил её рукой за талию. Нельзя было мешать. Ни по закону. Ни из простого здравого смысла. Любое отвлечение внимания могло сгубить Николая.

– Пятнадцать! – раздался окрик секунданта.

Противники развернулись лицом друг к другу. Встали вполоборота, чтобы уменьшить площадь попадания. Подняли пистолеты.

Лиза не сводила взгляда с Николая. Ей почудилось, что рука его дрожит, а на лбу выступил пот. А ещё, что всё это ужасно неправильно. Нереально. Подобное просто не может происходить. И, возможно, сложилось бы совершенно иначе, будь она сговорчивее прошлым летом, когда Николя пытался ухаживать за ней в своей прямолинейной манере.

С дерева на краю поляны со скрипучим карканьем сорвалась ворона, вспугнутая криками секундантов. Её чёрный силуэт показался грязной кляксой на фоне малиновой глади заката.

Время будто остановилось на пару бесконечных ударов сердца. Полагалось помолиться, но Лиза не успела вспомнить ни одной молитвы.

Раздалось хлёсткое и неотвратимое:

– Стрелять!

Два выстрела прогремели одновременно.

Николай Юсупов выстрелил в сторону вороны, подняв руку гораздо выше, чем требуется.

Мантейфель – в Николая.

Пуля последнего могла бы попасть в верхнюю часть плеча. Вероятно, гвардеец того и хотел. Однако же поднятая рука всё решила. Выстрел пришёлся точно в бок.

Николай закричал и рухнул на траву.

Закричала и Лиза. Рванулась к нему, но Алексей не пустил её. Она затрясла головой. Попыталась вырваться. Побежать к Николаю, к которому уже и без неё заспешили все, включая тех двоих гвардейцев, которые встретили Эскиса и Бельскую.

– Пуля попала в лёгкие, похоже, – услышала она голос Алексея над своим ухом. – Рана смертельная. Он не выживет.

Этот жестокий, горький приговор прозвучал словно сквозь плотно набитую перьевую подушку.

Лиза отказалась верить ему на слово. Упрямо думала, что Эскис ошибся, навскидку сделав вывод.

Она увидела кровь на руках подоспевшего к Николаю врача. Услышала обрывки фраз. Уговоры Алексея уйти как можно скорее. Но самого главного она не услышала. Николай Юсупов больше не кричал. Ничего страшнее этого и быть не могло.

Глупо светскому человеку верить в предсказания. Грешно – человеку православному. Но отчего-то Бельская вспомнила рассказ Феликса о родовом проклятии. Как и страшилась княгиня Зинаида Николаевна, её старший сын не дожил до двадцати шести лет.

Эта мысль была последней перед тем, как Лиза лишилась чувств.

Она пришла в себя от тряски. А ещё из-за навязчивого запаха нюхательной соли, от которого щипало в носу.

– Елизавета Фёдоровна, вы меня слышите? – донёсся до неё напряжённый голос Алексея Константиновича.

Ей удалось пробормотать нечто невнятное, после чего получилось поднять тяжёлые веки.

Лиза обнаружила себя в полулежачем положении на сиденье уже знакомого экипажа. Алексей сидел напротив, склонившись над ней. Хмурая морщинка промеж его бровей разгладилась, когда Бельская очнулась.

Он убрал во внутренний карман пузырёк с нюхательной солью. Затем взял её за руку, чтобы посчитать её пульс.