Онлайн книга «Безупречные создания»
|
Елизавета встряхнула свой халат. Будто отгоняла печальные мысли, которые грозились испортить ей такой чудесный день. – Татьяна, с'est l'heure de se lever…[2] Договорить Лиза не успела, потому как истошный женский визг пронзил тишину и негу июньского утра. Кричала Наталья. И в этом крике не просто прозвучал девичий испуг, но истерический ужас, от которого по коже пробежал мороз. Елизавета бросила халат на свою кровать. Она побежала в широкий коридор. Другие девочки, такие же заспанные и неодетые, в нерешительности выглядывали из своих комнат. Кто-то вышел. А с противоположного конца на крик спешили две классные дамы. Лиза их опередила. Она, как была, в одной сорочке выскочила в застеленный истоптанным вишнёвым ковром коридор и завернула за угол, к дверям в их отдельную ванную комнату. Дверь в прохладное помещение оказалась распахнутой. Первым, что Лиза увидела, была Наталья. Её рыжая подруга сидела на кафельном полу прямо у входа и кричала во всё горло, вцепившись пальцами себе в волосы. А вторым… Вторым было тело другой подруги. В углу возле широкой керамической раковины лежала Ольга. Кожа её приобрела синюшный оттенок, а белая сорочка на груди напиталась кровью, такой яркой, что показалась Лизе ненастоящей. Кажется, эта яркая кровь была здесь повсюду – на кафеле, на виске девушки и даже на краю раковины. Её тяжёлый запах с примесью железа витал в воздухе ванной комнаты, где по обыкновению не пахло ничем, кроме сырости и цветочного мыла. Это зрелище настолько поразило Лизу, что она не сразу осознала случившееся. Ольга была мертва. – Господи помилуй, – только и смогла прошептать оторопевшая девушка, осенив себя крестным знамением. Услышавшая её голос Наталья будто очнулась. Она на четвереньках подползла к Лизе и вцепилась в ноги подруги, ища защиты и спасения. Крик Наташи обернулся истерикой. Девушка разразилась слезами. На покрасневшем лице выступили отчётливые белые пятна. Коридор тем временем заполнился людьми. Подоспевшие классные дамы пытались выяснить, что же случилось в институте ни свет ни заря. Кто-то ругался, что не спустит с рук столь беспардонного нарушения тишины, ибо не пристало воспитанным девицам так неприлично голосить. Однако все замечания тотчас утихли, едва наставницы оказались в ванной комнате. Лиза медленно опустилась на пол возле Натальи и обняла её. Она двигалась совершенно механически, потому как не могла оторвать взгляда от Ольги, синей и неподвижной, залитой кровью. – Что здесь произошло? – раздался за спиной голос Анны Степановны. Наташа зарыдала ещё горше. – Не знаю, – с трудом вымолвила Бельская непослушными губами. Во рту пересохло. Гортань неприятно щипало. – Наверное, она тут… лежала… Наталья нашла. Её рыжая подруга энергично закивала, продолжая сотрясаться от рыданий. Столпившиеся в коридоре осмелели. Раздались голоса. Кто-то из подошедших к дверям в ванную комнату девочек упал в обморок с криком. Побледневшая как полотно Анна Степановна замахала руками. – Разойтись! – скомандовала она строго в попытке сохранить самообладание. При этом её голос взлетел вверх неестественно высоко. – Всем разойтись по комнатам и не выходить! Maintenant![3]Не на что тут смотреть! Свиридова продолжила громкими, нервными криками разгонять перепуганных институток. Лиза толком не вслушивалась в её слова. Лишь уловила, как другие классные дамы, что вошли в ванную комнату и остановились подле несчастной Ольги, сказали: |