Книга Ловушка для психиатра, страница 34 – Дмитрий Ковальски

– Неужто представили, как вводите кого-то в заблуждение?

– Не для таких целей мы бы хотели использовать гипноз. – добавил другой.

– Нет, что вы, что вы! – постарался оправдаться я.

Наверное, и правда, мой вид в эту минуту казался дьявольски опасным, потому что мысленно я наказал каждого в своей деревне.

– Дело в том, что я не до конца понимаю и не верю в то, что это действительно под силу человеку.

– Да, я понимаю, несмотря на ваш уникальный ум, вы всё-таки жили в достаточно ограниченных условиях и не могли видеть мир целиком, к большому сожалению. – начал говорить один профессор.

– И поэтому не знаете о многих работах выдающихся учёных и о многих взглядах, которые утверждают, что гипноз – это настоящее научное открытие. И можно вылечить человека, и можно наградить человека потрясающими качествами. Это мощный инструмент, и в правильных руках он может стать невероятно сильным. – закончил его речь второй.

Честно признаюсь, их слова меня задели. Хотя я и понимал, что говорили они не со зла. Да, мой кругозор был на тот момент очень ограничен. Но в ту же секунду я дал себе слово, что наверстаю все пробелы, которых хватало в моей голове, чтобы понимать технику гипноза.

– Простите, я не должен был спорить с профессорами.

Они дружно рассмеялись.

– Бросьте. Это мелочи. И давайте все-таки, так как это будет наш общий с вами эксперимент, в нем мы не будем выступать как преподаватели-ученик, а будем выступать как ученые-товарищи, которых манит одна и та же цель.

И вновь я расцвел. Потому что его слова стали для меня лекарством. Мне так их не хватало. Все это время. Мне так не хватало, чтобы кто-то говорил со мной на равных. А не высмеивал меня за мой ум.

Мы шли коридорами, спустились по лестнице и оказались в подвале. Большое помещение, комната. На стенах светели масляные лампы. В комнате стояло много столов, полок, нижних, на которых были разбросаны разные работы. На столах были раскиданы какие-то чертежи, бумаги, рисунки. Висела доска, исписанная мелом. – Здесь мы и проводим наши исследования, – сказал один из них.

– Проходи, садись, – добавил второй и вытащил стул из-за стола.

Я оповиновался.

В тот момент нас было четверо. И мы ждали еще одного, чтобы перейти к самой сути вопроса. Я слышал, как приближаются его шаги, как звонко они разлетаются по коридору подвала. Слышал, как скрипнула дверь, впуская этого человека в помещение. До сих пор я с ним не встречался и не видел его. Но вот он вошел, скупо со всеми поздоровался. И, быть может, до тех пор, пока его не было, у меня был шанс вернуться к обычной жизни. Но как только он появился в подвале, я понял, что назад дороги нет.

– Что с вами, мой дорогой друг?

Августа сильно трясли за плечи, били по щекам до тех пор, пока он не пришел в себя. Он сидел на полу кабинета реактора, держась за голову. В слезных железах выступили капли крови. Его глаза горели, словно в них залили раскаленный свинец. Дыхание все еще оставалось тяжелым, рубашка прилипла к телу от пота.

Рядом стояла секретарь и махала на него двумя книгами, чтобы хоть как-то подогнать к нему воздух.

– Что с вами? – вновь повторил ректор, встретившись с Августом взглядом.

– Это послание, – выдавил Август, тяжело дыша. Чувствовал он себя невероятно паршиво, словно оказался на вершине горы с разряженным воздухом.