Книга Призраки поместья Сент-Мор, страница 42 – Дмитрий Ковальски

– Теперь перекатите вино к горлу, язык к небу и произнесите сложный для вас звук «р». – Фредерик походил на учителя французского языка и говорил так же.

– «Рррр», – забулькал Николас.

– Неплохо, теперь пейте.

Тепло устремилось от горла вниз по желудку, согревая нутро. Вино оказалось приятным на вкус. После себя оно оставило легкий привкус винограда и чего-то еще.

– Дуб, – ответил на его мысленный вопрос Фредерик. – Точнее, дубовые бочки. Не каждый осмелится настаивать в них вино, но Кристоф Сент-Мор делал это лучше всех.

Еще один глоток, только чтобы убедиться в его вкусе.

– И не забывайте практиковать звук «р». Настоящее французское вино сточит все острые края и сделает его мягче. – Мсье Обрио подмигнул.

Экскурсия продолжилась. Оказалось, что Фредерик раньше сам владел частью земли Сент-Мор, но продал ее Кристофу, когда дело пошло в гору.

– Негусто, – выдохнул Фредерик.

Ему удалось отыскать лишь дюжину достойных королевского двора вин. Этого могло хватить, чтобы очаровать королевских особ, но что делать дальше, если бочки пусты?

Он ходил вдоль дубовых бочек и простукивал их деревянным молотом.

– В этих бочках вино и обретает тот уникальный привкус. Как жаль, что они пусты. – Бочки отвечали глухим звуком на удары.

Из семи бочек только две хранили вино.

– Славно. – Он хлопнул в ладоши. – Две бочки прошлогоднего урожая. Еще одну, кстати, недавно открыли.

Фредерик показал на вбитый в стенку кран.

– Возможно, его разлили по бутылкам, но не успели подписать, а может… – Мсье Обрио указал пальцем над собой. – Матис давно выпил. Не стал губить выдержанные временем запасы.

Николас повернул кран. Бочка пуста, несмотря на отличный от других пустых бочек отзвук молотка.

– Ужасный запах. – Фредерик поморщился. – В бочку попал воздух, отчего остатки скисли.

В отличие от ценителя вина писатель острым нюхом не обладал. Ему понабилось прислонить нос вплотную к крану, чтобы сквозь дурно пахнущую сырость подвала различить кислый запах.

– Теперь бочку только в печь. А жаль, ее стенки хранили столько привкусов.

Фредерик поставил ящики с вином один на другой и вышел из подвала. Николас задержался, чтобы сделать несколько записей, и последовал за ним.

Жак сидел на террасе покосившегося дома для прислуги. В ловких руках и под воздействием острого лезвия обломок ветки обретал форму волка. Прошлая игрушка из дерева потерялась. Жак даже переживал весь день, особенно когда писатель спросил про игрушки. Но в его голосе чувствовал непринужденность. Потому Жак решил, что писатель интересовался больше из уважения, чем из любопытства. Да и к тому же, если у садовника обнаружат пару деревянных игрушек, разве это что-то значит?

День шел к закату. Жак пыхтел трубкой, сосредоточившись на деле. Лезвие избавляло ветку от ненужных остатков древесины. Хищник получился славным. Когда-нибудь, подумал Жак, он найдет огромное полено и вырежет зверя во всю величину.

Жак положил игрушку возле двери и трижды постучал по дверному косяку. Из открытой двери показалась маленькая рука. Она схватила волка и скрылась в тени. Жак улыбнулся. Кто ж знал, что на старости лет он станет отцом. Но ему это нравилось. Для Жака это первый ребенок. В отличие от матери мальчика. За тридцать лет она успела обзавестись таким выводком от разных мужчин, что даже не всем детям дала имена. С этим же она и вовсе не занималась. Так что он к десяти (его мать точно не помнила, но вроде десять) не мог сказать ни одного слова.