Онлайн книга «Сибирский беглец»
|
Часовая стрелка доползла до отметки «два». Отчаянно палило солнце. – Курорт, братцы… – прохрипел кто-то из солдат, форсируя заросшую крапивой канаву. – Нахрена нам какие-то Гагры, Пицунды, Ялты? За деревьями просвечивала крупная поляна. Нарастал вертолетный гул – кто-то собрался пожаловать в гости. Солдаты выбежали на поляну, залегли. Горький опыт уже имелся. Но зэки с головой дружили – воевать с такой массой вооруженного народа… Над поляной завис МИ-8, стал медленно снижаться. Вздрогнул, коснувшись земли, винт по инерции вращался, будоража траву и срывая с солдат пилотки. Высадились два кинолога с овчарками. Животные прыжками носились по поляне, заливисто лаяли. – Познакомьтесь, товарищи! – хрипло проорал кинолог. – Марс и Рапира, просьба любить и жаловать! Пилот выбросил из салона несколько вещмешков с продуктами и решил не задерживаться. Машина взмыла ввысь. Это было неплохое подспорье. – Товарищ капитан! – обиженно кричал оставшийся не у дел «следопыт» – А как же дополнительная порцийка сахара, отпуск при части? – Будет тебе отпуск, Барыгин, – проворчал Кобзарь, – догоним лиходеев – и обязательно будет. Ты, главное, веры не теряй. Вещей преступники не оставили, но сгодились следы. Собаки взяли след, рвались сквозь редеющий осинник. На открытых участках разгонялись, неслись галопом, люди за ними не поспевали. – Эй, алё! – кричал запыхавшийся сержант Бурмин. – Мы вам тут что, механические машины? Сбавляй обороты, не поспеваем! Жирный пот разъедал глаза, клык затвора автомата стучал по спине – неправильно повесил, а останавливаться не хотелось. Деревья, канавы, заросли дикой смородины вливались в единое целое – серое, кусачее, до смерти надоевшее. Сочувственно поглядывал Вениамин Худяков – явно не тем занимается майор, что сделает из него генерала КГБ. Остальные уже привыкли к присутствию молчаливого чекиста – раньше косились, старались не материться через слово. Теперь перестали – злость и усталость брали свое. Через час в окружающей местности стало что-то меняться. Показалась просека с пеньками – причем не старая, пеньки еще не заросли молодняком. Овчарки прокладывали путь, утробно рычали. Люди растянулись, тяжело дышали, проклинали кинологов с их питомцами – что может быть проще, чем бежать налегке! За просекой виднелось открытое пространство. Не сказать, что потянулись индустриальные пейзажи, но все же… Здесь находилась заброшенная шахта. Или не совсем заброшенная – трудно делать выводы на бегу, с распухающей головой. Приземистые строения, просевшая крыша, гора заросшего бурьяном ржавого металлолома. Когда-то здесь добывали руду, возили вагонетками на обрабатывающие предприятия. Чернел за деревьями проход в шахту. Овчарки его игнорировали, бежали прямо. Волна солдат катилась по буеракам – к зданию складского типа. С обратной стороны постройки выбегала узкоколейка и, петляя среди отвалов, убегала в тайгу. Шевельнулось в голове: «Строение не такое уж заброшенное». Бурьян вокруг расчищен, грудились бочки, горы бруса. Здание ощетинилось огнем! Работали в три ствола – из крошечных окон, из заваленного старыми досками дверного проема! Снова застали врасплох. Зачем они туда залезли? Заметались солдаты, самые догадливые повалились на землю, заползали в укрытия, благо таковых в складках местности было предостаточно. Орал от нестерпимой боли раненный в живот боец, катался по земле, разбрызгивая кровь. |