Книга Сибирский беглец, страница 59 – Валерий Шарапов

Из дома Мэгги Робсон не доносилось ни звука. Очевидно, соседка гадала: зачем ей все эти вещи?

Второй пирог получился лучше первого, благо я набрала достаточно ингредиентов. Но запах гари в доме остался, не изгонялся никаким сквозняком.

Через два часа в нашем квартале началось нездоровое движение. У дома Клариссы Старк остановился серый фургон, вышли двое, вступили в переговоры с хозяйкой, после чего отправились в дом. К Мэгги Робсон нагрянул смутно знакомый черный «Плимут», появились мужчины в черном. Действительно в черном! Как минимум двое из них носили солнцезащитные очки. Они стояли на крыльце, физиономия соседки вытягивалась от изумления. Чем не претендентка на высокое звание русского шпиона? Ну, все, – я задернула штору, – держитесь, гражданка Метелина, в девичестве Некрасова. Больше я к окнам не подходила.

Через полчаса в дверь решительно позвонили. Хлебом-солью дорогих гостей я, конечно, не встречала, но надела кухонный фартук. И пахло из кухни соблазнительно. На крыльце стояли трое – европеоиды, в костюмах, с модельными стрижками. Непроницаемые лица прятались под темными очками. Впрочем, старший был без очков. Ничего такой – спортивный, в чем-то даже интересный.

– Миссис Роджерс? – учтиво осведомился субъект. Я подтвердила осторожным ковком.

– Агентство национальной безопасности, мэм, оперативное подразделение. Меня зовут Стив Кэмпбелл.

– О, божечки… – прошептала я. – Что-то случилось?

– Ничего серьезного, мы обходим все дома в этом районе, проводится комплекс мероприятий. Вы позволите осмотреть ваш дом и участок? – сотрудник АНБ предъявил служебное удостоверение.

– Ну, даже не знаю, – засомневалась я. – Это так неожиданно… Вы должны, наверное, иметь ордер, или как там у вас называется…

– Совсем необязательно, мэм, – сухо улыбнулся Кэмпбелл. – У агентства широкие полномочия. И, боюсь, ваше мнение по данному поводу не играет роли. В жалобах не вижу смысла. Есть бумага, подписанная окружным прокурором, позволяющая нашим сотрудникам заходить в любой дом. Ознакомьтесь, если хотите. – Кэмпбелл развернул белый лист с машинописным текстом и кучей печатей.

Я даже читать не стала, все равно войдут. Пробормотала, что гостей я не ждала, поэтому в доме погром, и удалилась в кухонную зону. Суровые мужчины вторглись в мои владения, стали осматриваться, заглядывать в комнаты. Глухо зарычал Чакки – но так, для блезира. Я шикнула на него, машинально отметив: на Никки он не лаял. Словно чувствовал, кто тут свой, а кто чужой.

– Собака не кусается? – на всякий случай спросил Кэмпбелл.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Это вы у нее спросите. До вашего прихода еще никого не укусила.

– Так. – Кэмпбелл нахмурился. – Удалите пса, пусть посидит на улице.

Я выставила Чакки во двор, заперлась. Мой верный друг тут же стал скулить и корябать косяк. Кэмпбелл принюхивался.

– У вас что-то подгорело?

«Вера в демократию подгорела», – подумала я.

– Не обращайте внимания, сэр. Небольшие кулинарные эксперименты. Я могу поинтересоваться, что вы ищете?

Поинтересоваться я могла. Но ответа все равно бы не дождалась. Мужчины с полномочиями рыскали по моему дому, открывали шкафы, двигали мебель. Это было противно. Словно под юбку заглядывали. Впрочем, беспорядка они не наводили, проводили поверхностный осмотр, видимо, искали что-то крупное. Я даже догадывалась, что. Один из них, приставив к стене стул, стал осматривать содержимое антресолей. Я посочувствовала бедняге – в темных очках, в темной нише искать то, чего там нет.