Онлайн книга «Сибирский беглец»
|
Общаться с соседями в это мрачное утро совершенно не хотелось. Даже солнце светило как-то мрачно. Беспокоило что-то, предчувствия выбирались из подсознания и начинали точить. Я перемыла посуду, затем еще раз, протерла пол на кухне – затем повторно, после того как по нему пробежал вернувшийся с прогулки Чакки. Решила не ждать следующего месяца и отправилась бороться с травой. Недоверчиво поглядывала из азалии Мэгги: что это с ней? Просигналила, проезжая мимо, соседка справа Кларисса Старк – дескать, горячий привет бойцам трудового фронта. Машину занесло, но Кларисса спохватилась, и рыжий кот, собравшийся перейти дорогу, с визгом отскочил в сторону. Мне бы такого ангела-хранителя. Напротив участка ветерана всех войн Гарри остановился черный «Остин» с хромированной решеткой радиатора. Опустилось стекло, водитель устремил взгляд в мою сторону. Екнуло сердце. Но я не подала вида, продолжала на корточках бороться с травой. Это был темнокожий мужчина в темных очках и с аккуратной стрижкой. Я демонстративно села к нему спиной, но через минуту все же не выдержала, обернулась. Темнокожий включил передачу, и «Остин» бесшумно двинулся по дороге. Показались задние номера. На зрение я не жаловалась – эти номера мне ни о чем не говорили. Их выдавали точно не в штате Вирджиния. Я ушла в дом и заперлась. Неприятности скапливались, топтались за порогом. Я продолжала заниматься хозяйственными делами. Скулил Чакки – животному приспичило погулять. Я выпустила пса на лужайку и снова заперлась. Снаружи доносились звуки яростной возни, рычание. Похоже, Чакки нашел себе компанию. Я выглянула в окно. Это оказался всего лишь енот, по неосторожности забредший на мой участок. Полосатое животное с отчаянным писком метнулось в кустарник, Чакки отважно бросился за ним. Минут через пятнадцать он вернулся в дом, изрядно помятый, но непобежденный. День прошел бездарно. Если бы не трава у дома, то и вспомнить нечего. На ужин были сырные палочки с гренками, у Чакки – собачий корм. В принципе, одно и то же. Питомец сладко посапывал на коврике под дверью, я пыталась уснуть на втором этаже – чтобы раньше встать и подольше ничего не делать. Тревожное состояние не отпускало. Я ворочалась на нашей с Дэном супружеской кровати. По потолку блуждали тени, воздух звенел, подрагивал. Я забылась, но через некоторое время очнулась, подошла к окну и отогнула шторку. Городок мирно спал. В паре домов работало дежурное освещение, призванное отпугивать грабителей. Не припомню, чтобы здесь кого-то грабили. Остальные участки погружались в темноту. Дорога была пуста. Горел фонарь, разбрызгивая неяркий свет. На другой стороне дороги, практически напротив меня, стояла машина. Тоскливо заныло под ложечкой. Чего бы ей там стоять? У местных нет привычки бросать свой транспорт на дороге. Я таилась за шторкой, всматривалась. Двигатель не работал, осветительные приборы были выключены. Но в салоне кто-то присутствовал, иногда ворочался. По очертаниям машина напоминала давешний «Остин» с номерами, выданными не в штате Вирджиния. Это были очень неприятные минуты. В горле пересохло, призрак провала, помахивая крыльями, начал виться над головой. Прошло минуты четыре, в окружающем пространстве ничего не менялось. Только в салоне автомобиля замерцал огонек. Я тоже иногда курю – если волнуюсь. Мысли заворочались под черепной коробкой. Это могло быть по любую душу, не только по мою. Вспомнились слова Мэгги Робсон – люди в черном еще вчера блуждали по местечку, присматривались. Тогда они были в другой части городка, теперь – в этой. Что их привлекло в Плезанс-Крик? Моя радиостанция или что-то еще? Если найдут и начнут проверять мою подноготную, могут всплыть интересные факты, и ближайшие семьдесят лет я проведу в федеральной тюрьме. Хорошо, что предупредили… |