Книга Сибирский беглец, страница 42 – Валерий Шарапов

Но блуждать по огромным залам в мои планы не входило. Я заехала в дальний угол, прижалась к фургону, стоящему в соседнем ряду. Перевела дыхание – стыдно признаться, но я разволновалась. Просидела в салоне несколько минут, делая вид, будто ищу что-то в сумочке, потом выбралась наружу. Рядом шумела семья – грузили в багажник покупки. Больше – никого.

Я достала из багажника «родные» автомобильные номера, присела, поменяла задние. Никакой отвертки, болтов, все на защелках. Затем протиснулась между своей машиной и фургоном, поменяла переднюю табличку. Пригнувшись, пробралась на водительское место, убрала номера под резиновый коврик.

Остальное было делом техники. Я вынула свои защечные плюшки, сняла парик, очки, стерла платком вызывающе яркую помаду. Повертевшись – не смотрит ли кто – стащила блузку, натянула новую – при этом чуть не сломала зеркало и собственное ребро. На операцию по смене внешности ушло две минуты. Мимо проехала семья на малолитражке – загрузились, наконец. Заливисто смеялся получивший новую игрушку ребенок. А я даже не помнила, играла ли в детстве в куклы…

Еще пара минут, и я успокоилась. Какие ко мне претензии, кроме серого «Мини-Купера»? А для обыска даже федеральным агентам нужен ордер. Я выехала задним ходом с парковочного места, развернулась, с достоинством подалась к выезду. Пропустила пару машин, идущих по трассе, выехала на большую дорогу. «Плимут» стоял на старом месте. Напрягся мужчина в темной рубашке, мнущийся рядом с ним, впился в меня глазами. Серых «Мини-Куперов» в этом мире пруд пруди. Блуждая по стоянке, я видела пару аналогичных.

Версия на всякий пожарный имелась: безнадежная страсть к мистеру Хансену, одержимость и наваждение. Чувство, увы, одностороннее, поматросил и бросил. Отказывается встречаться и продолжать отношения. Типа там жена, долг перед семьей. Пришлось проникнуть в дом под видом налогового агента, изменить внешность – ведь там жена, с которой он обещал развестись. Нестыковки из версии торчали, как иглы из дикобраза (та же смена номеров – явное излишество), но что-то лучшее в голову не приходило.

Все обошлось. Человек при исполнении прочел номера, смерил водительницу пристальным взглядом. В ней не было ничего общего с той особой, что десятью минутами ранее въехала на стоянку. Агент потерял ко мне интерес. Я проследовала мимо него, даже ухом не повела, переключила передачу и покатила в Плезанс-Крик. Черный «Плимут» остался на обочине.

Все это было хорошо, но ничего хорошего. Через час эти парни занервничают. Через два – поймут, что их надули. Женщины, конечно, любят ходить по магазинам, но не весь же день! Обыщут парковку на предмет серых «Мини-Куперов», выявят несколько штук. Поверка покажет, что все не то. Вспомнят ли меня? Вопрос интересный. Я-то выйду сухой из воды, но что с Хансеном? Я могла невольно его подставить.

Существовал ли другой выезд с парковки? Без понятия. Возможно, агенты не станут докладывать о своем ляпе, зачем им лишние взыскания? Могли и проворонить выезжающую машину. Следовало связаться с Хансеном, выстроить линию поведения. Все это было скверно, возвращались дурные предчувствия…

Автоматная очередь пролаяла из кустов за оврагом. Пули красиво сбили ветки с сосны, и они посыпались на людей. Олег распластался, прикрыл голову. За спиной на поляне ревел вертолет, в него загрузили раненого Марченко. Машина еще не ушла, пилот тянул резину. Рев двигателя заглушал все прочие звуки.