Онлайн книга «Сибирский беглец»
|
Бугровский продирался сквозь кустарник, трещали и ломались ветки. Несколько мгновений – послышался крик, затем глухая ругань. – Не стреляйте, – предупредил Олег, подбегая к кустам. – Живым возьмем. Он проверил почву под ногами. Пока терпимо. Хватался за ветви, раздвигал их, лез в неизвестность. Трясина начиналась сразу же, между чахлыми деревьями и кочками, поросшими лишайником. Видимо, Бугровский хотел пробраться, переступая от дерева к дереву и хватаясь за ветки, но сорвалась нога. Он погрузился по пояс в топь, схватился за ветку над головой, так и висел, погрузившись по пояс. Ветка имела подозрительный вид, в любое время могла переломиться от неверного движения. Бугровский вывернул голову, угрюмо смотрел на своего охотника. Он потерял очки, до головы измазался. Волна облегчения потекла по членам, – кажется, все, не напрасны были жертвы и мучения… Олег убедился, что под ногами твердо, присел на корточки. – Что, сука, добился своего? – прохрипел предатель. – Думаю, добился, – кивнул Олег. – Ты, Павел Евдокимович, лучше не шевелись. Из трясины вытаскивать не будем. Нам даже лучше: сдохнешь – туда тебе и дорога. Ты убивал людей, а это при любом раскладе – вышка. Раньше ты на такое не осмеливался. – Нет уж, – оскалился Бугровский. – Я вам нужен. – Лично мне – нет, – пожал плечами Каморин. – Этим парням – тоже. Он вам нужен, мужики? – Да мне он вообще по барабану, – буркнул Худяков. – А я его даже не знаю, – подал голос Головаш. – И еще бы лет сто не знал. Кончайте его, товарищ майор, да поехали ужинать. Есть хочется. Или подождите, если грех на душу не хотите брать, – глядишь, сам отвалится. – Эй, хватит издеваться… – захрипел Бугровский. Он держался из последних сил, ветка готова была обломиться, густая масса, обхватившая ноги, тянула вниз. У сержанта Бурмина несколько дней назад получалось лучше. – Вытаскивайте меня… – Голос предателя становился все глуше и тоскливее. – У вас же эта, как ее… социалистическая законность… – Проснись, мужик, – проворчал Головаш. – Какая там законность? Здесь тайга – закон. А медведь – прокурор. В глазах предателя вспыхнул неподдельный ужас. Именно это и хотелось зафиксировать. Грубым тычком его стряхнули в болото, а когда он вынырнул как ошпаренный, сунули под нос жердину. Извлекли из болота за шиворот, выволокли на опушку. Олег не устоял перед искушением, ударил в глаз – мощно и с чувством глубокого удовлетворения. Бугровский потерял сознание. Избивать обморочного – никакого интереса. Ему скрутили руки за спиной, связали ремнем, ткнули носом в мокрую землю. Потом лежали в траве, молитвенно таращась в небо. Хотелось курить, но не было сил пошевелиться. – Кстати, насчет прокурора, – нарушил молчание Худяков. – Сколько дней шарахаемся по тайге, а ни одного завалящего медведя не встретили. Где они все? В Америку переселились? И волки ни разу не попадались. – Так не дурные же, – в горле что-то булькнуло, Олег закашлялся, – выражать свое почтение вооруженной толпе. Зверье – оно умное по-своему. Вот кабы ты, Вениамин, в одиночку рискнул прогуляться от Пермитино до Аргола… Хохот душил, хотя давно известно, что смех без причины – признак дурачины. Майор лежал и не мог насмотреться на хмурое небо, картинки на котором менялись, как стекла в калейдоскопе… |