Онлайн книга «Заместитель Иуды»
|
– Бракованная партия, – вставила Тамара. – Умница, – кивнул Дмитрий Сергеевич, – хорошо сказала. Чем мы отличаемся от царизма? Те же баре, жандармы, холопы… Уже не графья с князьями, а секретари обкомов, горкомов, директора предприятий, чиновники. Все то же самое, только названия другие. При царизме никого не расстреливали. За теракты и призывы к свержению законного строя всего лишь в ссылку отправляли – даже не в тюрьму. Наш царизм никогда не был кровавым, как уверяли большевики – самые бессовестные в истории вруны. Сейчас всех подряд не расстреливают, народ и чиновники довольны, жрать, правда, нечего, надеть нечего. И слова не скажи, тут же наши коллеги закроют. Знаешь, как сказал однажды Шарль де Голль? «Сталин не ушел в прошлое, он растворился в будущем». Так что ждем. И когда-нибудь дождемся, если все это не прекратить. Мы должны жить в свободной стране, а не в этой, прости господи, тюрьме народов. Думаешь, я Запад идеализирую? Да боже упаси, там своего дерьма хватает. Но пока он единственный, кто может нам помочь. Ты сам прекрасно чувствуешь, куда клонится чаша весов. Наши братья по разуму, нерушимый Варшавский договор, скоро даст дуба. Все держится на страхе. Мы вливаем в них бешеные деньги, усиливаем карательный аппарат, и пока они держатся. Как долго это продлится? Скоро начнут отваливаться. На чем в нашей стране все держится? На том же страхе. И всегда так было. Шаткий колосс на глиняных ногах. Толкни – повалится. Можно принять какие-то меры через год-другой, продержаться еще несколько лет. Но не поможет. Лет пять, может быть, шесть – и все рухнет. Разлетятся, как осколки, республики. И мы в такую бойню попадем, что страшно подумать… Как сохранить государство? Пусть не всю страну – Россию? Вот наша главная задача. И американцам, скажу по секрету, невыгодно, чтобы у нас все ахнуло и щепки по миру полетели – им же и достанется. Знаешь, Владислав, это не я придумал, это наша жизнь к тому катится, и у кого есть мозги, начинают задумываться, как спасти страну. Так что это не мы лезем в политику, это политика лезет в нас. В чем я не прав? – Да все правильно, Дмитрий Сергеевич, – проворчал Максим. – Нельзя тянуть до бесконечности это безумие. – А ты как считаешь, Владислав? – Боюсь, вы правы, Дмитрий Сергеевич… – Боишься? – Да, боюсь… Не хочу ничего объяснять… – Не утруждайся, прекрасно тебя понимаю. Самое печальное, что Пургин разделял многие суждения Поляковского. Да, его страна не идеальна. Многомиллионные жертвы ничем не обоснованы. КПСС тянет страну на дно. Властям плевать на граждан. Но это ЕГО страна! И не будут иностранцы решать, как жить советским людям! И присягу он давал не иностранцам – так же, кстати, как и Дмитрий Сергеевич. – Итак, ты с нами, Владислав? – в лоб спросил Поляковский. Пургин для приличия выдержал паузу, повертел бокал с недопитым коньяком. А ведь он не выйдет из этого дома без согласия сотрудничать с ЦРУ. В подвале закопают и Женечку не послушают. Дмитрий Сергеевич в благородном порыве «спасти страну» будет убивать без разбора. – Насколько помнится, меня обвиняют в нескольких убийствах, в сопротивлении сотрудникам КГБ, и уж не помню, в чем еще. Как это согласуется с вашими словами? – Тебя не смогут обвинить в этих преступлениях, ведь ты их не совершал. – Дмитрий Сергеевич хитро сощурился. – Порешаем, Владислав, все с тебя снимут, вернешься к работе. |