Книга Ловкая страсть, страница 12 – Валерий Шарапов

Она повернулась к мужчинам, лучезарно улыбнулась и подошла к ним.

Клеман поцеловал ее в щеку.

— Бон жур, красавица.

— Бон жур, месье Клеман.

— Знакомьтесь, наш консул месье Эжен Тимотье. Мадемуазель Вита. Искусствовед и великий знаток французского искусства. Не понаслышке знает, кто такой Тулуз-Лотрек.

— Вы, как всегда, мне льстите, месье Клеман.

Консул с восхищением смотрел на красивую девушку.

— Очень рад познакомиться, мадемуазель Вита.

Консул поцеловал Вите руку. Девушка улыбнулась.

— Это взаимно, месье Эжен.

— А при чем здесь Тулуз-Лотрек?

— Его творчество — тема моей диссертации, — сказала Вита. — Луи случайно об этом узнал и теперь шутит по поводу и без.

Вита допила шампанское. Проходящий мимо официант тут же забрал у нее бокал. Клеман рассмеялся.

— Я никогда не шучу без повода. — Он тут же зашептал консулу: — Все ленинградские художники уговаривают ее попозировать, но она ни в какую не соглашается.

Вита сделала обиженное лицо.

— Да я бы с удовольствием попозировала, но наши хулиганы предпочитают обнаженную натуру, — она указала рукой на картину, — а я очень стеснительна.

— Месье Эжен, знакомые художники прозвали ее Дольче Вита.

— Прекратите сейчас же, Луи, я просила так меня не называть!

— Молчу-молчу. — Клеман попятился.

Консул улыбнулся; он продолжал искренне любоваться девушкой. Она была очень скромно одета, на ней не было ни грамма косметики, что еще больше подчеркивало ее естественную красоту и женственность. Консул был впечатлен.

— Мадемуазель Вита, не желаете ли еще шампанского?

— Я бы выпила что-нибудь покрепче.

— О! Виски, коньяк?

— От рюмки французского коньяка не откажусь.

— А других коньяков и не бывает. Прошу за мной.

Первый этап операции «Медовая ловушка» завершился успешно.

2020 год. Май. Санкт-Петербург

В кабинете начальника недавно созданной Службы экономической безопасности России (СЭБР) генерала Болотникова за совещательным столом сидели два человека. Первый — полковник Чуньков, плотный, но не толстый сорокапятилетний мужчина с холодными серыми глазами. Под пиджаком угадывались рельефные мышцы — полковник прослужил в разведке девятнадцать лет, и за все эти годы он не поправился ни на килограмм. Второй, напротив полковника, уже знакомый нам капитан Никита Колесников. На вид ему было лет тридцать; впрочем, так оно и было — на днях ему исполнилось тридцать два года. Он прослужил в разведке на десять лет меньше, чем полковник, но с мышцами у него тоже было все в порядке — любимым увлечением Никиты было изучение боевых искусств. Сам хозяин кабинета, поджарый мужчина слегка за 60, нервно ходил по кабинету. На левой скуле красовался шрам, который реально украшал мужественное лицо генерала. С докладом выступал полковник Чуньков.

— Таким образом, из полученной информации, которую удалось раздобыть нашему отделу, несомненно, что Прохорову поступают деньги для рейдерского захвата Электромеханического завода, к которому Прохоров в последнее время проявляет недюжинный интерес. К сожалению, получить информацию незаметно не получилось, — докладывал Чуньков.

Болотников остановился напротив Чунькова.

— Я вам говорил, надо было хакнуть его по-тихому, и все дела, у нас целый отдел специально для того создан.

— Николай Матвеевич, нет, хакнуть точно бы по-тихому не получилось. У Прохорова тоже целый отдел специалистов. Раскусили бы, как пить дать.