Книга Голоса потерянных друзей, страница 51 – Лиза Уингейт

Но волосы мои на месте. Острижены они коротко, чтобы особо с ними не возиться, но прикрывает их не платок, а шляпа. Шляпа Джона. Сознание делает шаг вперед, оступается, а потом пускается бегом, и резко приходит понимание, где я нахожусь: я спряталась в бочку, от которой еще пахнет жженым тростником, и крепко заснула!

«А почему так темно, Ханни? Вы ведь хотели уехать засветло!» — первым делом проносится в голове.

Где же мисси?

И где Джуно-Джейн?

Рядом раздается какой-то шум — он-то меня и разбудил. Кто-то расстегивает ремни и пряжки, отвязывая старушку Искорку от коляски.

— Лейтенант, если хотите, мы столкнем коляску в реку. Она тяжелая, мигом затонет. Утром никто ее и не отыщет.

Его собеседник прочищает горло. Когда он начинает говорить, я все пытаюсь угадать, тот ли это человек, что увел мисси и Джуно-Джейн в контору несколько часов тому назад.

— Нет, оставь. Я сам от нее избавлюсь еще до рассвета. А лошадей погрузи на «Звезду Дженеси». Вот войдем в устье Ред-Ривер, пересечем границу Техаса и продадим их. Серую-то в этих краях легко узнают. Как говорится, предосторожности лишними не бывают, Мозес. Запомни это, а не то неприятностей не оберешься.

— Есть, лейтенант. Запомню.

— Вот и славно. Хороший ты малый, Мозес. Верность я ценю так же сильно, как и караю за ее отсутствие.

— Да, сэр.

Они крадут старушку Искорку и серую лошадь! В одно мгновение сон слетает с меня. Я готова выскочить из укрытияи с криком наброситься на воров. Без лошадей нам домой не добраться, да и потом: мне же поручили стеречь их и коляску! А я недосмотрела! Если мисси Лавиния меня за это не высечет, то хозяйка, когда обо всем прознает, уж точно это сделает. Меня, поди, тоже в речке утопят вместе с коляской, да еще и Джона, Джейсона и Тати следом за мной. А может, заморят голодом — а это хуже, чем утонуть! Хозяйка сделает так, чтобы нам нигде не давали работы и пищи. Словом, отвечать за проделки мисси Лавинии придется мне, и пощады не будет.

— А мальчишку-кучера нашел? — спрашивает мужской голос.

— Нет, сэр. Он, видно, сбежал.

— Найди его, Мозес. От него нужно избавиться.

— Да, сэр! Исполню в лучшем виде!

— Только удостоверься, что он и впрямь мертв.

Я слышу, как хлопает дверь: это, видимо, зашел в здание лейтенант. А Мозес остается на улице. В переулке становится совсем тихо. Мне страшно даже ноги расправить, чтобы броситься наутек.

Слышит ли он, как я дышу?

Выходит, это вовсе не конокрады — тут творятся дела пострашней воровства! И они как-то связаны с человеком, к которому отправились мисси и Джуно-Джейн — с этим самым мистером Уошберном.

Нога у меня начинает подергиваться, и я ничего не могу с этим поделать. Звон упряжи резко затихает, и я чувствую, как Мозес смотрит в мою сторону. Я слышу тяжелые, осторожные шаги, которые приближаются. Щелкает взведенный курок пистолета.

Затаив дыхание, я вжимаюсь в деревянную стенку. «Неужели сейчас все кончится?» — проносится в голове. Претерпев многолетние страдания, я дожила всего до восемнадцати. У меня нет ни мужа, ни детей. И погибнуть мне суждено от рук негодяя, который потом вышвырнет мое тело в реку.

Мозес уже совсем рядом, он замирает на месте и, похоже, зорко всматривается в полумрак.

«Спрячьте меня! — молю я деревянную бочку и темноту. — Спрячьте хорошенько!»