Книга Убийство в санатории «Таёжный», страница 9 – Елена Терехова

Вернулась Лена к самому концу торжественной части, когда уже были розданы все мимозы, вручены грамоты и благодарственные письма. Она с хмурым видом жевала кусочек отбивной и косилась в сторону «директорского» стола. Какие слова вертелись в голове женщины, легко можно было догадаться. Пошутить на тему произошедшего не рискнул никто.

– А теперь, дорогие друзья, музыкальный подарок от ваших подшефных, студентов местного техникума, объединившихся в замечательный вокально-инструментальный ансамбль «Юность»! Встречайте!

Ведущая, руководитель детского кружка декламаторов, торжественно взмахнула рукой.

Трое длинноногих парней в белых рубашках с электрогитарами да ещё один, такой же, за простенькой барабанной установкой – вот и весь ансамбль. Однако когда зазвучали первые аккорды, в зале начали перешёптываться. Ребята играли действительно хорошо. Но только играли. Популярные эстрадные мелодии сменяли одна другую, и при этом никто из артистов не произнёс ни звука.

– Не, ну что вы инструментальный ансамбль мы уже поняли. А вокальный-то где? – как всегда, за всех озвучил ситуацию Гоша Новиков.

– Минутку терпения, будет и вокал, – невозмутимо парировал один из музыкантов, не прерывая своей игры.

Они закончили очередную композицию, и в полной тишине с микрофоном в руке к ребятам вышла Ксюша:

Голос девушки, высокий, звонкий, поднимался вверх, к потолку, к круглым плафонам на нём. Сказать, что присутствующие были удивлены, значит не сказать ничего. Лёгкий шок испытали в том числе и двое из «Борща».

– Как мало мы знаем о нашей Ксюше, – заворожённо прошептала Лена, – точнее, совсем ничего. Я даже предположить не могла, что она настолько талантлива!

– И ведь никому ничего не рассказала, партизанка! – притворно возмутилась Галина. – Теперь, увидишь, задёргают её на всякие смотры и важные мероприятия. Глянь, как на неё таращится Андреев, глаза вот-вот выпадут!

– Тут главное, чтобы без поцелуев обошлось.

Лена задумалась на секунду, а потом решительно плеснула себе ещё немного «Столичной» из стоящей рядом бутылки.

– Заканчивай бухать! – толкнула подругу локтем Галина.

– Медленный танец, – между тем объявила в микрофон Ксюша. – В честь нашего праздника приглашают кавалеры!

И запела. Да так, что прослезился бы и сам Джо Дассен:

Лена закрыла глаза, вслушиваясь в прекрасную музыку, как вдруг над самым ухом прозвучало:

– Разрешите вас пригласить!

Над ней склонился товарищ Андреев и уже тянул свои руки к её руке.

– Извините, я не танцую, очень кружится голова, переволновалась, наверное.

– Тогда прошу вас, и возражения не принимаются!

Мужчина схватил за руку опешившую Галину и потащил за собой.

Женщина беспомощно оглянулась на подругу. Та подмигнула в ответ и налила водки в её рюмку.

Расходиться начали уже затемно, хорошо, что завтра выходной, а то тяжко было бы с утра с тяжёлой головой приступать к строительству коммунизма. Народ загрузился в дежуривший служебный автобус, продолжая шумно и невпопад распевать песни.

Ксюша торопилась, но всё равно оказалась самой последней. Придётся бежать до автобуса, чтобы не уехали без неё. Не очень-то это привлекательно – идти пешком через малоосвещённую Нахаловку, да ещё по застывшей буграми мартовской дороге.