Книга Сквозь облака. Том 1, страница 57 – Хуай Шан

Огромная гостиная казалась ещё больше благодаря стеклянным дверям от пола до потолка, ведущим на широкий балкон, где был устроен небольшой зимний сад.

Дизайнер явно тяготел к минимализму: ахроматическая цветовая гамма – чёрный, белый, серый, – полы из натурального мрамора, мебель модных брендов. Складывалось впечатление, что эти апартаменты создавались застройщиками как образец для демонстрации потенциальным покупателям, богатым и взыскательным. Дорого, сдержанно, безлико.

Тишина стала обжигающе холодной, казалось, воздух в гостиной превратился в миллионы острых ледяных иголок и безжалостно впивается в кожу.

– Что ты хочешь услышать от «капитана Цзяна»? – наконец неторопливо произнёс Цзян Тин. – Спрашивай. Я отвечу.

Янь Се, усмехнулся, с вызовом посмотрел на него и откинулся на спинку стула.

– Не пойми неправильно, та ситуация меня уже давно не заботит. Мне, в сущности, всё равно, кто ты – знаменитый капитан Цзян или таинственный господин Лу Чэнцзян. Поверь, я не стал бы трепать тебе нервы, только чтобы потешить своё уязвлённое самолюбие. Дело в другом: три года, пока ты лежал в больнице, всё было спокойно, но стоило тебе выписаться, в Цзяньнине вдруг появился совершенно новый дизайнерский наркотик. Мне надо знать, почему в тот раз ты прикрыл Ху Вэйшэна. Тебя не волновало, что молодёжь годами подсаживают на наркотики, подсовывая их под видом безобидных стимуляторов?

– Ху Вэйшэн меня подкупил. Такой ответ устроит?

– Не морочь мне голову! Стал бы он торговать всякой дрянью на улице, если бы у него были деньги?! Чтобы получить подпись капитана Цзяна, нужно кое-что посерьёзнее денег.

– Хочешь сказать, я в сговоре с мафией? – Майор не ответил, и тогда Цзян Тин продолжил: – Если ты не веришь ни в сговор, ни в подкуп, тебе остаётся только довериться собственному чутью.

Похоже, ничто не могло выбить капитана из колеи: в любой ситуации он выглядел предельно невозмутимым и отрешённым. Даже сейчас, несмотря на предъявленные ему Янь Се обвинения, на его лице не дрогнул ни один мускул.

Майор буквально буравил взглядом непроницаемое лицо своего собеседника. Вдруг он вспомнил их встречу на перекрёстке после аварии – тогда Цзян Тин выглядел совершенно иначе. Янь Се легонько постучал пальцами по краю чашки, погружённый в свои мысли, а затем сказал:

– По официальной версии к провалу операции в Гунчжоу привела твоя ошибка. В Министерстве общественной безопасности уверены, что капитан Цзян мёртв. Но вот же ты – целый и невредимый сидишь передо мной. А значит, скрываешься от правосудия. И на мои вопросы отвечать не желаешь. Не боишься, что я разозлюсь и сообщу о тебе куда следует?

Он говорил беспечным тоном, словно шутил, но в его речи сквозила холодная ярость. Однако капитан этого как будто не заметил и только сказал:

– Если меня арестуют, я долго не проживу.

– Вот как?

– И тогда дело «пятьсот два» превратится в дело о краже, вымогательстве или торговле поддельными лекарственными препаратами. Прямо как тогда. И у тебя не будет шанса опротестовать приговор, потому что на этот раз Ху Вэйшэн умрёт в следственном изоляторе ещё до начала судебного процесса.

– Ты пытаешься меня запугать?

– Ты когда-нибудь чистил лук?

Несколько мгновений они пристально смотрели друг на друга, затем Янь Се скрестил руки на груди, откинулся на спинку стула и надменно произнёс: