Онлайн книга «Искатель, 2005 №10»
|
— Так быстро? — поразился Манн. — Еще и часа не прошло! — Все оказалось очень просто. — Манн представил, как Эльза улыбнулась, это была то ли неуловимая пауза в разговоре, то ли воображение подсказало ему, как Эльза сидит, положив ногу на ногу, телефон держит на некотором расстоянии (начиталась всякой ерунды о том, что разговоры по мобильнику опасны для здоровья), и удивление шефа ей приятно, улыбка появляется сама собой… — Феликс позвонил госпоже Веерке, она слышала о том, что произошло с ее бывшим мужем и, по ее словам, удивлялась, почему ее до сих пор не побеспокоили, хотя, конечно, сказать ей все равно нечего, поскольку ночь со вторника на среду она провела в офисе, была авария, что-то там загорелось, приезжали пожарные, полиция, ее видели человек пятьдесят. — Полиция, — пробормотал Манн. — Понятно, почему Мейден этой особой не заинтересовался. — Феликс позвонил в пожарную службу, и ему подтвердили… — Да, я понял, — сказал Манн. — Значит, этот вариант отпадает. Одним меньше… — И вот еще что, шеф, — продолжала Эльза. — Феликс сказал — со слов госпожи Веерке, понятно, — что Матильда звонила Густаву в Амстердам по поводу компенсации… ну, она не очень надеялась, что получит страховку и хотелаполучить кое-какие деньги от бывшего мужа… — У нее там горело, а она… — Очень практичная женщина, верно? Нет, она звонила, когда все уже потушили, часов в одиннадцать с минутами. — И ей, понятно, никто не ответил. — Почему же? Она поговорила с Густавом, он, правда, был в дурном настроении и оплачивать убытки наотрез отказался, они повздорили, она обозвала бывшего мужа… То ли индюком, то ли бараном… — Да хоть гамадрилом! — не выдержал Манн. — Она уверена, что говорила именно с Густавом, а не с кем-то другим? — Ну… — растерялась Эльза. — Я могу позвонить Феликсу, а он перезвонит Матильде… Да вы и сами можете, я записала ее номер… Только я думаю, как она могла не узнать голос?.. — Извини, — сказал Манн. — Я погорячился. Ты права. — Шеф, разве это не хорошая информация? Для госпожи Веерке, я имею в виду. — Замечательная! Манн спрятал телефон и огляделся. В магазинчике Казаратты покупателей не было — старик сидел, склонившись над прилавком, то ли читал газету, то ли просто клевал носом. Манн перешел улицу, Казаратта поднял голову и встретил посетителя широкой улыбкой. — Есть новости? — спросил он. — Нашли кого-нибудь? Арестовали? Сказано это было таким тоном, что у Манна в голове повернулись колесики, сложившие по-новому элементы совершенно непредставимой мозаики, и он произнес уверенным тоном, точно так же, как недавно разговаривал с Магдой, сам удивляясь тому, что говорил, будто слова рождались не в его мозгу, а в чьем-то другом и лишь отражались в сознании Манна, как отражается в зеркале свет далекого прожектора: — Аресты — не моя обязанность, дорогой Казаратта. Я могу только собирать факты и делать выводы. И вот о чем я думаю: улица во вторник вечером после десяти часов была пустынна, верно? Не отвечайте, я знаю, что это так. Вы оставляете вашу лавку, пересекаете улицу, входите в дом — вы здесь столько лет, что успели выяснить, каким кодом открыть парадную дверь, — поднимаетесь на третий этаж мимо закрытых дверей Квиттера и Ван Хоффена, дверь в квартиру Веерке не заперта, вы входите, вас встречают, потому что ждут, вы подходите к окну, зовете Густава посмотреть на… ну, хотя бы на вашу же лавку… а потом с глухим стуком опускается рама… Вы могли это сделать, тем более что месяцами наблюдали, как Веерке высовывалсяиз окна, чтобы посмотреть на башенные часы… |