Онлайн книга «Искатель, 2004 № 05»
|
Она издевалась надо мной. Рябцев, чувствуя мощную поддержку учительницы, усмехнулся и отрицательно покачал головой. — Вот видите, — кивнула на ученика Ольга Андреевна. — Саша не мог этого сделать! Он работал только с хорошими химикатами и пользовался непорочными формулами! — Какими химикатами пользовался Саша и что он из них производил,выяснит судебная экспертиза, — заверил я. — А зачем нам ждать экспертизы? — пожала плечами Ольга Андреевна. — Я хоть сейчас могу все по памяти перечислить. В холодильнике стоит колба с этонитазеном, органическим веществом, формула которого опубликована в журнале «Гель-ветика». В шкафу, рядом с вытяжкой, лежит коробочка с метадоном, методика изготовления которого опубликована в журнале «Медицинская промышленность СССР». В одной из пробирок, которую вы разбили, был дифенилацетонитрил. В нижнем шкафу должна стоять колба с метилфентанилом, описание и формулу которого вы можете найти в широко распространенной книге Лейстнера и Буйтоша «Химия в криминалистике». Этой ночью Саша должен был провести ряд химический операций: изготовить дифенил ацетонитрил, произвести разгонку под вакуумом продуктов взаимодействия окиси пропилена с морфолином, а также засыпать лактозой для кристаллизации несколько капель концентрата амина. Помимо этого ему предстоит химическим путем получить метадон и фенадоксон… Еще вопросы есть? Рябцев победно смотрел на меня и улыбался распухшими губами. — Конечно, я не могу так складно произносить такие трудные и непонятные слова, — уважительно произнес я. — И вообще, если говорить честно, то я в химии — полный дуб. (При этих словах Рябцев презрительно усмехнулся.) Мне больше по душе уголовный кодекс. Например, я хорошо знаю, что очень скоро гордость вашей школы Саша Рябцев будет сидеть на скамье подсудимых за соучастие в убийстве. От этих слов ухмылка моментально сошла с разбитых губ Рябцева. Он вздрогнул и, резко вскинув голову, испуганными глазами посмотрел на меня. — Что?! За какое еще соучастие?! — вызывающе произнес он. — За обыкновенное! — рявкнул я, тоже перейдя на резкий тон. — Мой коллега Алексей Гусев позавчера разбился на Мокром Перевале! Экспертиза установила, что в двигатель его машины был залит какой-то углеродный химикат, и на скользкой дороге заклинило поршни! Это преднамеренное, хорошо спланированное убийство, мальчик! И ты будешь за это отвечать перед законом! — А при чем здесь Рябцев? — ринулась на защиту ученика Ольга Андреевна. — При том, что Рябцев только что провел такую же реакцию, какая произошла в цилиндре двигателя «Нивы»! — Вы дилетант в химии! — с презрительной усмешкой ответила ОльгаАндреевна. — Вы не можете судить о том, какую реакцию провел Рябцев. — Да, я могу только предположить! А окончательный вывод сделают эксперты! И с этой ампулой они разберутся, даю вам гарантию! До прихода милиции никто в лабораторию не зайдет! Рябцев в порыве эмоций вскочил на ноги. Табурет с грохотом упал на пол. — Что вы врете?! — дрожащим и плаксивым голосом крикнул он. — Я никого не убивал! Я… — Не надо мне это говорить! — оборвал его я и хлопнул ладонью по учительскому столу, от чего Рябцев вздрогнул. — Все это будешь рассказывать под протокол следователю! Рябцев торопливо провел ладонью по взопревшему лбу и с мольбой в глазах посмотрел на учительницу. Ольга Андреевна, сохраняя завидное хладнокровие, ровным голосом произнесла: |