Онлайн книга «Искатель, 2005 №2»
|
Лосев снова открыл ящик стола и извлек оттуда общую тетрадь в черном дерматиновом переплете, которую положил перед майором. — Это ее дневник, — пояснил он. — В конверт не поместился… — Могу я пробежаться по нему прямо сейчас? Время для этого у вас найдется? — Время есть, читайте на здоровье. Правда, последняя запись там сделана аж два года назад. Мулько кивнул в знак благодарности и раскрыл тетрадь на первой попавшейся странице. «Зябко… — прочел он. — Батареи не включены, а на улице уже октябрь. Сережка засыпает под двумя одеялами, и только потом, когда он окончательно согреется и уснет, приходится убирать одно — ватное, оставляя ему шерстяное. Иначе он может вспотеть, раскутаться во сне и простудиться. Зябко и тяжело. Никак не могу привыкнуть к одиночеству, к мысли, что Саня уже никогда не позвонит в дверь и не скажет весело и беззаботно: «Привет, любимая!» А ведь прошло столько лет: Сережку на будущий год отправляю в школу. …Вчера приходила Лиля, пыталась сосватать мне какого-то богатого мужика — очевидно, одного из своих клиентов.Уверяла, что с ним я перестану в чем-либо нуждаться, сына смогу отдать в хорошую школу, не буду работать, начну вести приятный образ жизни… Не хочу! Не желаю видеть подле себя никаких мужчин. Один у меня уже есть, тот, который спит сейчас под шерстяным одеялом, а фотография второго стоит на полочке серванта. Я не могу и не имею даже крохотного желания осквернять память о нем, я до сих пор его люблю. Так же, как любила раньше… Вот и еще один день растаял, растворился в промозглой осенней ночи и умер… только для того, чтобы воскреснуть завтра, с наступлением такого же холодного утра. А утром снова работа, проблемы, снова жизнь. Муторная, пресыщенная одиночеством и постылая (если бы не Сережка!..), как сегодня, как вчера, как всегда…» Мулько пролистал дневник дальше. Бросилось ему в глаза то, что записи в нем велись нерегулярно: Лариса, порой, не открывала тетрадь по нескольку месяцев. Страницы были заполнены убористым почерком, ни на одной из них Мулько не увидел каких бы то ни было помарок и исправлений. «Почти полгода не садилась за дневник. Сережка уже две недели ходит в школу, в первый класс. Ему нравится учиться, нравятся друзья, он в восторге от Вадима Семеновича, своего учителя. Впрочем, по отзывам остальных родителей, в восторге от Вадима Семеновича все ребята, без исключения. Мягкий, открытый человек, в котором классически сочетаются физическая сила и душевная доброта. Да что уж там греха таить, он и мне пришелся по душе, и не только как классный руководитель моего сына. С тех пор как я его увидела в первый раз, меня постоянно преследуют новые, необычные ощущения. Не скрою, ощущения приятно волнующие, радостно тревожные. А может, они кажутся мне новыми и необычными просто потому, что были забыты когда-то? Не могу сказать, не знаю. Не помню… Еще какой- то год назад мне нравилось быть ни с кем и заботиться только о Сережке. Но вчера, впервые за много лет, я поймала себя на мысли (хотя, наверное, было это мимолетным сумасшествием), что начинаю уставать от затворничества. В мозгу короткой вспышкой мелькнуло желание выскочить из вязкого транса — моего любимого состояния. Всего одно мгновение, а после снова все как обычно и ни следа усталости от холодного одиночества. |