Книга Искатель, 2005 №2, страница 22 – Андрей Ивахненко, Василий Воронцов

— Тогда познакомь меня с остальными.

— Не хочу, — призналась Лиля. — Любого другого — пожалуйста, но тебя не хочу.

— Ты не сделаешь мне больно, поверь.

Она горько усмехнулась:

— Кто бы сомневался, капитан!.. Если обо всем в двух словах, то мне просто повезло. Редко кто в нашей профессии дотягиваетдо моего возраста, а ведь мне уже тридцать пять. В основном, наши девчонки заканчивают либо на игле, либо на ноже, либо — это если о-очень повезет — у алтаря. Как видишь, я жива, здорова и пока не замужем. Несколько лет назад стечение обстоятельств подняло меня на тот уровень, на котором я нахожусь сейчас. Я — элитная проститутка, капитан. Банкиры, крупные бизнесмены, политики…

— Как насчет криминальных авторитетов? — перебил Мулько.

Лиля брезгливо поморщилась.

— Терпеть не желаю. Ты, Санечка, представить себе не можешь, какие они все убогие! Несмотря на власть, которой обладают, на мощные капиталы, на роскошные особняки, лимузины, яхты. С ними даже поговорить совершенно не о чем. На уме у этих деятелей только две вещи: где бы побольше хапнуть и как бы половчее замочить того, кто хапнуть им мешает. Мочат они совсем нередко тех, с кем выпивали накануне вечером, а на похоронах до хрипоты некрологи в стихах декламируют и до посинения клянутся всю оставшуюся жизнь посвятить поискам душегубов убиенного. Это разве люди? Это — слегка окультурившийся сброд, по-другому назвать не могу.

— Издержки профессии, Лёлик.

— Ты не прав, капитан, с этим сбродом я не якшаюсь давно. Хватит, в свое время достаточно среди них покрутилась.

— Разве у тебя есть возможность выбирать?

— Есть, Санечка… Есть человек, который однажды ввел меня в тот круг, где я сегодня вращаюсь, и который все делает для того, чтобы мое положение крепло там день ото дня. Он ничего с этого не имеет, ни под кого меня не подкладывает, он просто дает мне возможность хорошо зарабатывать и вольготно жить.

— Причина?

— Я ему очень нравлюсь. Только не как профессионалка, знающая свое дело, а просто как женщина, как человек. Могу даже взять на себя смелость предположить, что человеческое начало во мне интересует его гораздо больше, нежели чисто женское.

— Кто он, Лёлик?

Лиля вздохнула, лицо ее украсила легкая ироничная усмешка.

— Бандит… Единственный в мире бандит, который мне симпатичен.

— Интересно, чем?

Она потерла щеку.

— Трудно сказать. Просто симпатичен, и все. Наверное, потому, что ничто не указывает на его принадлежность к блатному миру: речь, манеры, умение вести себя с людьми. Он увлекается живописью, любит играть в шахматы, за карточный стол садитсятолько в компании с постоянными партнерами, каждый из которых уверен, что шулерство — удел дебилов, а выиграть не смухлевав — вот высший пилотаж. И играют они не ради денег, а ради того, чтобы насладиться игрой, самим процессом.

— Как зовут его, Лёлик? Род занятий?

— Геннадий Евгеньевич Золотов его зовут. А род занятий… Ну, чем, по-твоему, занимаются бандиты? Но легальное прикрытие — это «Бастион развлечений»: Гена его хозяин. И еще у него имеется доля акций в корпорации Тропинина.

— У Тропинина же, я слышал, имеется доля акций в «Бастионе».

— А ты неплохо осведомлен для только что воскресшего.

— Осведомлен, что ж поделаешь, — вздохнул Мулько. — Значит, это Золотов поведал тебе о связи Тропинина с Ларисой?