Книга Убийства в десятиугольном доме, страница 60 – Юкито Аяцудзи

– Ты уверен, что он этого не сделает, По? Мне будет не легче, если вы поймаете его после того, как он меня убьет. – Агата, чуть не плача, вскочила с места, опрокинув стул.

– Подожди!

– Нет! Я никому из вас не верю.

Агата бросилась в свою комнату. Молча глядя ей вслед, По тяжело вздохнул:

– Да-а, довели девочку…

– Ну что сделаешь… – Эллери развел руками и пожал плечами. – Честно говоря, я согласен с Агатой. Буду спать один.

– Я тоже, – присоединился Леру. Его глаза за стеклами очков покраснели.

Следом поднялся Ван, оставив По одного. Взъерошив волосы, тот сказал, обращаясь ко всем:

– Дверь заприте.

– Будет сделано, – отозвался Эллери, бросая взгляд на двустворчатую дверь, ведущую в прихожую. – Даже мне умирать страшновато.

Надвигались сумерки.

Небо над морем затягивали тучи. Такааки стоял на пирсе, глядя на плывущие вдали смутные очертания острова, как бы растворявшиеся в волнах. Внизу, куда вела лестница, маячила долговязая фигура Симады, который, присев рядом с собравшимися на берегу ребятами, мешал им ловить рыбу.

В конечном счете Такааки и Симада оказались в городке S.

Жив ли Сэйдзи Накамура? Вчера они ответили для себя на этот вопрос и приехали в S в надежде отыскать какой-нибудь ключ, который подтвердил бы их догадку. Им также хотелось взглянуть на Цунодзиму.

Полдня они расспрашивали местных жителей и рыбаков, но их добычей стали лишь несколько избитых историй о призраках. Не найдя ничего, что могло бы хоть как-то продвинуть вперед их расследование, «сыщики» решили передохнуть и выбрали это место, в стороне от порта.

Такааки сунул в рот сигарету, присел и вытянул ноги. Прислушиваясь к шуму волн, накатывавших на берег, он смотрел на Симаду, одетого в голубые джинсы и оливковый блузон. Тот забавлялся с удочкой, позаимствованной у юных рыбаков, и беззаботно смеялся. Симаде уже было под сорок, но сейчас никто не дал бы ему столько.

«Вот чудак!» – глядя на него, думал Такааки и вспоминал чувство неловкости, которое вдруг появилось у него прошлой ночью во время разговора Симады и Морису. Он глубоко вздохнул.

Симада и Морису – совершенно противоположные по характеру люди. Симада – ян, Морису – инь. В глазах интроверта Морису, смотрящего на все чересчур серьезно, бесшабашные поступки Симады, руководствовавшегося личными пристрастиями и интересами, выглядели проявлением легкомысленного любопытства. Кроме того, Симада был много старше Морису и Такааки, что, возможно, являлось еще одним раздражающим фактором. В свою очередь, Симаде Морису казался эдаким пай-мальчиком, мешавшим ему получать удовольствие от жизни.

– Симада-сан! Пора возвращаться! – прокричал Такааки с пирса. – Обратно больше часа идти.

– Ну, раз так…

Симада вернул детям удочку, помахал рукой на прощание и быстро взбежал по лестнице на своих длинных ногах.

– Любите детей?

– Ну да, – не колеблясь, ответил Симада. – Здорово все-таки быть молодым, правда?

Они шли рядом по дорожке вдоль дамбы, защищающей берег от моря.

– Сегодня мы так ничего и не узнали.

– Это как сказать. – Симада с усмешкой прищурился. – А истории про призраков?

– Но это же просто болтовня, какую везде можно услышать. Когда кто-то умирает при необычных обстоятельствах, сразу начинаются разные страшные истории.

– А вот и нет. Как ни странно это звучит, но я думаю, что в этих страшилках может быть спрятана правда.