Книга Газонокосильщик, страница 90 – Антонио Морале

— Чёрт, Энджи! — выругалась Мишель, отпуская мою руку и делая вид, будто ничего такого только что и не было. — В холодильник зачем ты полезла?

— Ну, мало ли… — пожала плечами рыжая, не прекращая своих попыток и закусив от усердия губу. — Поможет мне кто-то или. А, не… Уже не нужно…

Крышка со скрипом поддалась усилиям рыжей и через секунду со стуком откинулась в сторону.

— Бинго! — радостно воскликнула Вальдес, заглянув внутрь морозильной камеры. — А вот и наш клиент… А вы говорили — не лезь, Энджи, не трогай, Энджи, не суй…

— Про «суй» мы ничего не говорили, — усмехнулся я.

— В смысле — наш клиент? — напряглась Мишель, пытаясь заглянуть в морозильную камеру, не сходя со своего места. — Ты уверена?

— Да что там гадать — вылитый мистер Фрэнк Дельгадо, собственной персоной, — задумчиво пробормотала Энджи, склонив голову на бок и нахмурившись. — Не — точно он! Я его по фото в паспорте узнала. Да чего вы там стоите, как неродные? — обернулась она к нам. — Идите поздоровайтесь с дядюшкой Фрэнком…

— Дерьмо! — выругалась Мишель, подойдя ближе и оглядев скрюченное, свернувшееся в неестественной позе тело в морозилке.

— Да уж… — не стал спорить я с блондинкой.

Морозильная камера сделала своё дело — тело уже покрылось инеем, а кожа приобрела неестественно восковой оттенок. Мутные остекленевшие глаза смотрели в потолок, рот приоткрылся то ли в приступе крика, то ли в последнем вздохе, а застывшие посиневшие пальцы сжимали на груди небольшой, прямоугольный полиэтиленовый пакет, покрытый тонкой корочкой снега…

— Дня три уже здесь лежит. Может чуть меньше, — сделал я предположение.

— Дерьмо! — снова выругалась Мишель и нахмурила лоб. — Он точно мёртв?

— Ну… — задумчиво протянул я. — Можно, конечно, проверить пульс и сделать ему искусственное дыхание… Но думаю, это не сильно поможет.

— Вот мог бы и не язвить! — недовольно проворчала Мишель. — Я и так на нервах.

— О! — радостно воскликнула рыжая, запустив в морозилку руку и выудив откуда-то сбоку небольшую белую упаковку. — Мороженко!

— Fuck! Меня сейчас стошнит… — резко отвернулась Мишель, слегка побледнев, прикрыла рот ладонью и торопливо отошла в сторону.

— Эй, подруга! Попридержи коней! Не на месте преступления ведь! Правильно я говорю, Алекс? — в поиске поддержкиповернулась ко мне Энджи, распаковав и сунув в рот мороженное.

— Правильно, правильно… — вздохнул я.

— Будешь? — ткнула она в мою сторону разноцветным замороженным соком на палочке.

— Давай, — пожал я плечами.

— Вы… Вы животные! — проворчала Мишель. — Как вы можете есть в такой ситуации?

— А что такого? — простодушно возмутилась Энджи. — На похоронах всегда едят — и ничего, никто не нервничает.

— Мы не на похоронах! — возмутилась блондинка.

— Пока нет, — пожала плечами рыжая. — Но всё к этому и идёт… Что в пакете, кстати? — задумчиво пробормотала девушка, снова заглянув в морозилку. — Как думаете?

— В пакете? — нахмурилась Мишель.

— Угу.

— Полиция разберётся… — проворчала блондинка.

— Ну не знаю… — с сомнением в голосе произнесла рыжая, наклонившись поближе.

— Энджи! Да что ты делаешь?! Твою мать! — выругалась Мишель, глядя на то, как наша знаменитая в узких кругах радиоведущая бесцеремонно вырывает из рук мертвеца пакет и задумчиво разглядывает его на свету тусклой лампочки.