Книга Газонокосильщик, страница 56 – Антонио Морале

— Три тысячи — это нищенская зарплата? — пришла моя очередь удивляться.

— Ну, может, для той провинции, из которой ты к нам приехал, это и большие деньги, но не для Лос-Анджелеса. Да это я ещё и взял с запасом! Чтобы получать три тысячи — нужно лет десять верой и правдой отслужить департаменту. Обычные патрульные и новички-офицеры зарабатывают и того меньше. Но зато, у них есть пенсии и льготы — как ты и хотел, — ухмыльнулся он.

— Да уж… — разочарованно хмыкнул я.

А ведь в какой-то момент я на самом деле рассматривал вариант с поступлением в полицейскую академию. Смущал только колоссальный для этого времени уровень коррупции и всё то дерьмо, которое копы творили, прикрываясь законом. Не хочу я быть одним из них.

Как говорил мой препод в университете, Пал Андреич: «Ты либо будь честным ментом с чистой совестью, либо правильным бандюганом, живущим по понятиям. А вот эти мрази в погонах, сраные оборотни — они хуже и тех, и других.»

Вот и я так считаю. Не хочу быть одним из них. А бороться с системой изнутри… В одиночку… Ну, это бывает только в сказках. Хотя даже в сказках это плохо заканчивается, что уж говорить о реальном мире…

— Может попозже мы что-то такое и придумаем, — утешил меня Джимми, вырвав из размышлений, — когда замутим что-то наподобие профсоюза барменов Лос-Анджелеса. Пока я просто предлагаю тебе живые деньги. Так что — нужны деньги, или ты просто языком пришёл почесать?

— Деньги всем нужны, — пожал я плечами.

— Хорошо. Тогда давай для начала попробуем что-то простенькое. Доставишь посылку, а дальше посмотрим.

— Посылку? — переспросил я.

— Посылку, — кивнул Джимми, наклонился, достал из-за барной стойки небольшой квадратный свёрток, завёрнутый в газету, и положил передо мной. — Доставишь по адресу — получишь три сотни. Нужно сделать сегодня.

Да уж… Не этого я ждал от обычного бармена самого обычного пляжного бара. Хотя… Может и ждал. Но заднюювключать уже поздно.

— Хорошо. Сделаю. Куда везти?

Джимми протянул мне желтоватую визитку с выбитым на ней адресом и едва заметно кивнул в сторону углового столика.

— Парни присмотрят за тобой издалека. Сам понимаешь — человек ты новый. Так что — не обижайся.

— Да какие обиды… — понимающе пожал я плечами, поднялся со своего места, сунул пакет за пояс, прикрыл его рубашкой, кинул Джимми короткое «До вечера!», и вышел из бара…

Я недолго постоял на пороге бара, раздумывая над вариантами, прикинул примерный план действий, сунул руки в карманы джинсов и двинулся в сторону бульвара. По пути остановился возле ларька «Пресса», купил самую дешёвую газету, зажал её подмышкой и побрёл дальше…

Зашёл в продуктовый и снова потратил немного денег: мука, сода, уксус, нитки и пачка презервативов… Поинтересовался у кассира, где тут у них туалет, и наведался туда. Облегчить мочевой пузырь перед дорогой, ну и заодно вспомнить молодость — как мы мастерили разные хлопушки и взрывпакеты из говна и палок, из карбида и ржавого баллончика, из селитры и пузырька от лекарств. Да, ничего из этого у меня под рукой нет, но я что-нибудь придумаю…

По-быстрому, стоя в грязной кабинке магазинного сортира, тихо ругаясь на отсутствие самого примитивного канцелярского ножа и синей изоленты, из купленных материалов собрал точную копию пакета Джимми. Спрятал оба бумажных свёртка за пояс под рубашкой и через пятнадцать минут вышел на улицу, заметив недалеко от входа парочку байкеров, лениво поглядывающих в сторону входа в магазин.