Книга Черная молния, страница 32 – Сергей Журавлев

– Конечно. Кстати, Жорж, до меня дошли сведения, что ты, наоборот, стал активно привлекать к нашей борьбе неверных. Все хочу спросить тебя, для чего? С какой целью? Разве можно им доверять до конца?

– До конца никому доверять нельзя, – собеседник засмеялся, в то же время внимательно следя за реакцией главы ФАТХ, – особенно нам с тобой.

В ответ Арафат понимающе расплылся в улыбке. Они знали, что путь революционера на Ближнем Востоке – это всегда путь не только честной борьбы, но и обмана, компромисса и даже сдачи друзей врагам, конечно, ради великой цели.

– Ясир, ты сосредоточился на Ближнем Востоке, здесь ты сила и авторитет. Ты напрямую борешься с нашими врагами. Я же хочу, чтобы на наших врагов воздействовали и внешние силы, другие страны. Конкретно. Мои люди захватили заложников из Греции, и мы договорились, что греки теперь не будут оказывать поддержку Израилю.

– Они и сами этого не хотели, – проявил осведомленность Арафат.

– Правильно, но на них давили американцы. Теперь у них есть повод сослаться на нас. Они же не хотят принести беду в свой дом?

– Ты хочешь прогнуть европейцев под нас? – Ясир задумчиво погладил жесткую бородку.

– Почему бы нет? Смотри, даже англичане вынуждены были отдать Лейлу Халед после того, как она неудачно попыталась захватить самолет. Она рассказывала, что, когда «Боинг» сел в Лондоне, англичане буквально силой отобрали ее у сотрудников службы безопасности израильской авиакомпании. Сионистский пилот подло сделал крутой вираж, чтобы она упала, и на нее навалились проклятые евреи. Она не смогла дотянуться до гранаты и взорвать их. Тогда мы захватили еще два самолета и потребовали освободить ее. Что они и сделали. Если бы Лейла осталась в руках израильтян, ее бы ни за что не выпустили. Демократия размягчила характер европейцев.

– Ты прав, наша вера – это наша сила, она нас закаляет. Европейцам лучше всего воевать против европейцев. Они знают их лучше, чем мы.

– К тому же, Арафат, заметь. Предатели более отчаянно воюют против своих. Если они бьются на нашей стороне, их ненавидят больше, чем нас, и пощады они не ждут.

– Значит, и у тебя, дорогой товарищ, уже есть подготовленные иностранцы. – Арафат уперся указательным пальцем в Хабаша.

– Есть, и я собираюсь провести с их помощью очень громкую акцию.

– Где, позволь спросить?

– В Израиле.

– Где? – не смог сдержать своего изумления собеседник.

– Именно в Тель-Авиве, – торжествующе заявил Хабаш. – Под носом у «Моссада» и «Шабака». Я решил назвать эту акцию «Крупная мишень».

– Да, иностранцам будет это сделать проще, чем арабам. Я восхищаюсь тобой, дорогой товарищ. Предлагаю ближайшее время потратить на разведку ситуации в Германии и разработку планов наших действий во время проведения Олимпийских игр. Затем мы с тобой снова встретимся и согласуем наши усилия. Да поможет нам Аллах.

– Иншалла.

Один из главных вопросов, кого привлечь в качестве исполнителей, решился очень быстро. Среди приехавших на объединенное совещание оказалась Фусако Сигэнобу, отчаянная женщина, основатель и лидер организации «Японская Красная армия». Японские «красноармейцы» всегда отличались решительностью и самоотверженностью.

Карлос и Фусако познакомились во время прохождения обучения в лагере НФОП в Иордании. Венесуэлец помогал японским товарищам при общении с арабами. Он владел английским и немного арабским, в то время как японцы могли изъясняться только на ломаном английском.